Казак в Аду

Хотя, с другой стороны, в Ветхом Завете больше реальных фактов в ту сторону, шо с ним таки вполне можно договориться…

— Эй, кудрявая, — казак на ходу приобнял Рахиль за плечи, — тебе никто не говорил, что ты жуткая богохульница?

— Ой, мама, ну шо вам стоит посмотреть в глаза прямо на логику? — искренне всплеснула руками седьмое колено Сиона. — Если мы его богоизбранный народ, таки за что нас вечно притесняют и геноцидят все кому не лень, так оно, как ни верти, а сплошное испытание. Зачем кому-то испытывать кого-то, если оно ему не упёрлось? А значит, пусть Он принимает нас такими, какие мы есть… вот вам и будет честно! А вы сразу — богохульница…

Они ещё очень недолго дискутировали на эту тему, потому что в активно опускающейся ночи вырисовывались неприступные стены замка или монастыря.

Впрочем, всё же скорее монастыря, потому что на шпилях угадывались подобия крестов, только почему-то странной, изломанной формы. А учитывая, что наши герои сознательно шли путём наибольшего сопротивления, то сворачивать с тропинки, разумеется, не стали бы и под перекрёстным артиллерийским огнём. Они ведь не просто любили друг друга, они ещё не верили друг другу ни на грош!"

"Наверное, кому-то подобное сочетание очень трудно объяснить логическим путём, но, сих точки зрения, всё выглядело до идиотизма просто. Да, мы оба не верим в то, что у нас по большому счёту есть будущее. Да, мы слишком хорошо понимаем всю невозможность продолжения наших отношений и их развития в сторону законного бракосочетания.

Да, мы знаем, что даже при самом идеальном стечении обстоятельств, если нам обоим будет позволено вернуться в Рай, то там имеет место лишь любовь к Богу, и никакие обнимашки-целовашки по райским кущам не прокатят на спор! И?!

И что? Это мешает нам любить здесь и сейчас?! Оставьте правила занудам, а наша парочка исповедовала в основном вполне внятную логику «ситуационной этики», гласившую: «Ване надо выспаться, а Рахиль покушать»… А эльфы как-нибудь сами догонят! Куда они денутся…

Поэтому в деревянные ворота стучали одновременно, он — сапогом, она — прикладом автоматической винтовки.

Вопреки худшим ожиданиям им открыли почти в ту же минуту…

— Заходите, странники. Дом Веры открыт для всех и каждого, — приветствовал их сухонький интеллигентный старичок с косым пробором, в костюме-тройке сталинских времён.

— Здорово вечеряли, — вежливо козырнул астраханский казак.