Каждое лето после (ЛП)

— Нам нужно поговорить, — говорю я, затем смотрю в потолок, но не раньше, чем две крупные слезы скатываются по моим щекам. Я смахиваю их прочь.

— Ты не обязана мне ничего рассказывать, — говорит он, беря меня за руку. Но я качаю головой.

— Я помню, — говорит он с грустной улыбкой.

— И я оттолкнула тебя.

— Да, — хрипит он. — Я тоже это помню.

— Мне нужно, чтобы ты знал, почему я сказала «нет», когда я так сильно любила тебя, когда всё, чего я хотела, это сказать «да».

Сэм обнимает меня и притягивает к себе, его теплая грудь прижимается к моей.

— Я тоже хотел, чтобы ты сказала «да».

Он прижимается губами к моему плечу и оставляет на нем поцелуй.

— Я подслушала твой разговор с Джорди и Финном ранее сегодня, — говорю я ему в кожу, и чувствую, как напрягается его тело. Я поднимаю на него глаза. — Он прозвучал так, как будто ты говорил о нас.

— Что они имели в виду, когда сказали, что ты запутался после того, что случилось?

— Перси, ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? Потому что есть другие вещи, которыми я бы предпочел заниматься.

— Я хочу знать. Мне нужно знать.

Он вздыхает, и его брови хмурятся.

— После этого я пережил трудные времена, вот и все. Ребята знали. Джорди учился со мной в университете, помнишь? Он видел все это своими глазами — много вечеринок, выпивки и тому подобное. Они просто чересчур заботливы.

Это звучит не совсем так, и Сэм, должно быть, понимает мои подозрения.

— Это в прошлом, Перси, — говорит он.

— Сэм, прекрати, — мне удается сказать через несколько секунд, и он делает это, прислоняясь своим лбом к моему.

— Я недостаточно хороша для тебя, — говорю я ему. — Я не заслуживаю тебя. Или твоя дружба. И особенно ничего более дружбы. — Я собираюсь продолжить, но он зажимает мне рот двумя пальцами и смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Не делай этого, Перси. Не отгораживайся от меня снова, — умоляет он. — Я хочу этого. — Он часто дышит, его лоб наморщен в вопросе. — Разве ты не хочешь этого тоже?

— Больше всего на свете, — говорю я ему, и один уголок его рта приподнимается. Он подносит мои руки к своим губам и целует каждую, не сводя с меня глаз.

— Тогда позволь мне овладеть тобой, — говорит он.