Каждое лето после (ЛП)

И я хочу тебя навсегда. Я все время думаю об этом. Я думаю о путешествиях. И получении работы. И создании семьи. И ты всегда рядом со мной. Ты должна быть там со мной, — сказал он, его голос дрогнул, и его глаза скользнули по моему лицу в поисках знака, что я передумала.

— Возможно, ты не всегда так считаешь, Сэм, — сказала я. — Ты и раньше отталкивал меня. Ты скрыл от меня практикум, и потом я провела большую часть лета, удивляясь, почему я почти ничего не слышала о тебе. А потом это письмо… Я не могу верить, что ты будешь любить меня вечно, когда я даже не знаю, будешь ли ты любить меня в следующем месяце, — слова были на вкус как желчь, и он отдернул голову назад, как будто я его ударила.

 — Я думаю, нам нужно сделать перерыв на некоторое время, — сказала я достаточно тихо, чтобы он не смог услышать агонию в моем голосе.

— Ты ведь на самом деле не хочешь этого, не так ли? — прохрипел он эти слова, его глаза остекленели. Я почувствовала себя так, словно меня ударили в живот.

— Только на время, — повторила я, сдерживая слезы.

Он изучал мое лицо, как будто что-то упускал.

— Клянёшься, — сказал он это так, как будто бросал вызов, как будто он не совсем верил мне.

Я поколебалась, а затем обхватила указательным пальцем его браслет и потянула.

— Я спала с Чарли, — говорю я Сэму, едва осознавая, что он только что сказал меня он любит.

— Мне так жаль, — говорю я ему, слезы уже текут по моему лицу. Я повторяю это снова и снова. И все же он ничего не говорит. Мы лежим на полу лицом друг к другу.

Он смотрит через мое плечо, его глаза тусклые и расфокусированные, его пальцы застыли на моей руке.

— Сэм? — он не двигается. — Это была ошибка, — говорю я ему, мой голос дрожит. — Огромная ошибка. Я любила тебя больше всего на свете, а потом ты ушел. А потом ты написал то письмо, и я подумала, что ты покончил со мной. Я знаю, что это не оправдание, — слова выливаются мокрым месивом. — И вот почему… Почему я разрушила нас. Я любила тебя, Сэм. Да.

Так сильно. Но я была недостаточно хороша для тебя. Я всё ещё не… — я замолкаю, потому что Сэм открывает и закрывает рот, как будто пытается что-то сказать, но ничего не выходит.

— Я бы сделала все, чтобы вернуть это, сделать лучше, — говорю я. — Скажи мне, что делать.

Он смотрит на меня, моргая короткими вспышками. Он качает головой.

— Сэм, пожалуйста, скажи что-нибудь, что угодно, — умоляю я, у меня пересохло в горле. Его глаза сужаются, а щеки темнеют.