Каждое лето после (ЛП)

Я подняла глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Да, вроде того, — пробормотала я.

Она сжала губы, в ее глазах промелькнуло разочарование.

— Тебе нравится этот мальчик?

— Мам! — Сэм покраснел от смущения. Сью смерила его взглядом, затем повернулась ко мне. Я тоже чувствовала на себе взгляд Сэма.

— Он милый, — предложила я, но Сью ждала продолжения. — Я почти уверена, что нравлюсь ему больше, чем он мне.

Сью потянулась и положила свою руку на мою, пристально глядя мне в глаза. Я знала, от кого Сэм это взял.

— Я не удивлена. Ты добрая, умная девочка, — она сжала мою руку, а затем откинулась назад. Она продолжила более строгим голосом: — Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь чувствовала, что должна делать что-то, чего не хочешь, с любым парнем, каким бы милым он ни был. Здесь нет никакой спешки. И любой, кто хочет спешить, не стоит того, чтобы спешить. Есть ли в этом смысл?

Я сказала ей, что так оно и есть.

— Не принимай никакого дерьма ни от одного мальчишки — даже от моих собственных сыновей, хорошо?

— Хорошо, — прошептала я.

— И ты, — сказала она, глядя на Сэма. — Лучшие девушки стоят того, чтобы их ждать. Доверие и дружба стоят на первом месте, а потом всё остальное. Тебе всего шестнадцать, ты вот-вот пойдешь в одиннадцатый класс. И жизнь, надеюсь, будет долгой, — она грустно улыбнулась. — Ладно, хватит маминых разговоров, — сказала она, кладя обе руки на стол и поднимаясь со стула. — О! И ещё одно: если Перси снова захочет переночевать, ты, мой дорогой сын, будешь на диване.

Вернулись мои родители, а вместе с ними и жаркие, сухие дни, сделавшие воздух разреженным и пыльным. На скалистом мысу напротив коттеджа начался небольшой пожар в кустах. Мы заметили дым, поднимающийся из кустарника, а затем увидели, как подъехали лодочники, чтобы помочь его потушить. Сэм, Чарли и я поставили «Банановую лодку» на якорь недалеко от берега. Я подождала, пока мальчики присоединятся к группе людей, передающих по цепочке ведро с водой. Пламя было всего по щиколотку высотой, но когда Сэм и Чарли забрались обратно на борт после того, как всё потушили, они были так довольны собой, что можно было подумать, будто спасли ребенка из горящего здания.

Погода изменилась на третью неделю августа. Густой покров темных облаков опустился над провинцией, их раздутые животы пропитали все от Алгонкин-парка до Оттавы. Дачники рано собрали вещи и уехали в город. Над озером клубился легкий туман, отчего все вокруг казалось черно-белым.