Каждый час ранит, последний убивает

Как будто из меня куски плоти вырвали.

– Возможно, – согласился он. – Ты правда ничего не помнишь?

– Есть… какие-то вспышки, но я в них ничего не могу разобрать.

– Опиши, – потребовал он.

Она выпрямилась, чтобы сесть напротив него. Запястье заныло, но она не осмелилась пожаловаться.

– Я вижу деревню, вокруг песок… Дорогу, которая идет через пустыню. Маленькое здание, может быть, это школа…

– И еще вижу детское лицо. Совсем маленького ребенка.

– Мальчика или девочку?

– Сложно сказать. Малыша.

– И верно, ничего не разобрать!

– Я вас предупреждала! – проговорила она со смущенной улыбкой.

– С какого момента ты что-то помнишь?

– Помню, как проснулась в этой комнате, и все.

– Ты не помнишь, как сюда попала?

– Во всяком случае, когда я тебя нашел, ты была в жутком состоянии. На животе рана, от ножа, наверное… Еще тебя били.

Она жадно смотрела на него, ей хотелось услышать продолжение.

– Когда ты упала, то ударилась головой об пол, и я подумал, что сотрясение мозга у тебя из-за этого. Но, думаю, оно случилось, когда ты попала в аварию.

– В аварию? – изумленно повторила она.

– Да, я нашел машину, в километре отсюда. Она врезалась в дерево, лобовое стекло разбито. Тебе никто не говорил, что за рулем надо пристегиваться?

Она покачала головой:

– Почему я этого не помню?

– И еще… Думаю, тебя изнасиловали. То есть не думаю, уверен.

Незнакомка стиснула руки.

– У тебя были следы, которые не оставляют в этом сомнений.

Она начала тихо плакать и отвела взгляд.

Изри является в комнату к Таме, чтобы позавтракать вместе.

Что-то такое в глазах, чего нет ни у кого из его знакомых.

– Меня не будет весь день, – говорит Изри. – А ты пока поспи.

Тама просто кивает. Он дает ей мобильный телефон и показывает, как тот работает. В нем хранится лишь один номер – его собственный.

– Звони только в крайнем случае.

– Я боюсь, как бы твоя мама сюда за мной не пришла! – шепчет Тама.

– Не беспокойся, у нее нет ключей. И если кто-нибудь будет стучать в дверь, не открывай. Хорошо, Тама?

Он уходит, и она сразу проваливается в сон. Ей надо отоспаться за долгие проведенные без сна месяцы. А может быть, и годы.

Она открывает глаза около полудня. Изри поставил на тумбочку будильник. Простой будильник, но для нее это бесценный подарок.