Да разве я не побывал в том мире, когда развлекался с кокаином? Завязал, однако - везучий я... И здесь как-нибудь обойдется.
Днем мне позвонил Олег Холодов.
- Извини за вчерашнее, - почти трезвым голосом произнес он. Послушай... она тебе случайно не звонила?
- Татьяна? - изумился я. - С какой стати она мне будет звонить?
- Нет ее нигде! И на работу не пришла.
- Может, в милицию заявить надо? - предложил я. - Вдруг с ней случилось что?
- На смех поднимут. Если б ее месяц не было! - резонно отвечал Олег.
В больницы-морги я уже звонил... Ладно, прости, что побеспокоил..."
"А ведь я ждал от семейки Холодовых чего-то подобного! В глубине души, сам себе не признаваясь. Только я ставил не на него, а на нее. Мне казалось более вероятным, что с ним что-нибудь случится. Вот и приехали! Тогда, ночью, я подумал - не избавиться ли от Татьяны... как я выразился? Превентивно? Но это же было просто в шутку. Она могла попасть под машину.
Или сама броситься. А паспорт потерять. Или уехать к подружке. Или загулять с каким-нибудь случайным знакомым, при ее душевном состоянии это вполне вероятно.
Но что, если Татьяна почувствовала намерение мужа от нее избавиться? А поскольку она верила во всякие паранормальные штучки, то с ней и случилось плохое?! Поддалась самовнушению, как у колдунов вуду? Глупость, вздор ,бред!
Разложим все по полочкам. Ряд случайностей, совпадений. Десять лет назад: если человек ведет преступный образ жизни, ничего удивительного, что в конце концов его самого пришили, я тут абсолютно не при чем.
Два года назад... о господи! Не нужно было связываться. Таких, как он, на пушечный выстрел нельзя подпускать к таким, как я. Ну, грозился он, что покончит с собой, но я не верил, ведь если кто об этом постоянно говорит, значит, не сделает, правда же?
Возможно, это он был сильный, а я слабый: ведь для самоубийства необходимо изрядное мужество, я бы никогда не смог.
Что за странный инстинкт заставляет человека цепляться за свою никчемную жизнь? Почему заключенные в концлагерях не кончали с собой? Терпеть постоянные муки, боль, ужасы; казалось бы, куда проще уйти и закрыть за собой дверь с той стороны. Ладно, он поступил как смелый человек, не захотел терпеть ту мучительную участь, что я ему навязал. Не буду больше вспоминать об этом.
Теперь Артем.
