Ее лицо осунулось, но двигалась она еще сравнительно бодро. Подоспела каша, и мы покушали, запивая ее отваром трав с добавлением укрепляющей настойки. И снова дорога, к ночи заметно похолодало, правда небо было ясное, светила полная луна, и в ее свете дорога была хорошо видна. Скорости мы не снижали и все время двигались рысью."
"К утру пошел небольшой снег, но ветер был в спину, и больших проблем он нам не доставлял. Когда рассвело, мы снова сделали привал, покормили и напоили коней, добавляя в воду им тоже укрепляющей настойки.
Себе заварили отвара и, после того как его попили, тронулись в путь. Дороги предстояло еще почти день. На Алексию было жалко смотреть, так сильно она устала, глаза запали, губы потрескались, видно было, как ее шатало, когда я помог ей слезть с лошади. Но она не сдавалась, хоть и через силу, но снова с моей помощью забралась на лошадь. Завтра и последующие несколько дней она просто не сможет ходить, так у нее будут болеть мышцы ног. Надо бы ее по приезде хорошо попарить в бане, а немного времени спустя сделать массаж ногам.
– Потерпи, милая, осталось совсем немного, – прошептал я ей, помогая взобраться в седло.
Она посмотрела на меня и кивнула головой.
– Я выдержу, любимый, осталось ведь совсем мало.
Где-то после обеда снова остановились, чтобы напоить коней; остановки и делались ради них, конь не машина, ему нужен отдых, пища и вода. Благо ручей, возле которого мы стояли, еще не покрылся ледком, и мы, дав коням остыть, напоили их.
До замка оставалось еще часа три дороги. И вот наконец, мы въезжаем в замок, народ радостно нас приветствует, а я, соскочив с коня, бросаюсь к Алексии и еле успеваю подхватить ее, падающую с лошади. Так на руках я и несу ее в свои покои и укладываю на кровать, даже для меня этот переход был тяжелым, а что уж говорить о ней.
Уложив ее, сам вышел дать распоряжение, чтобы приготовили баню как можно быстрей и приготовили комнаты для Алексии, а также чтобы принесли немного коньяка и взвара.
А когда все это принесли, я налил в стакан на два пальца коньяка и капнул туда десяток капель укрепляющей настойки. Затем заставил все это залпом выпить Алексию и сразу же дал запить холодным взваром. Но все равно с непривычки она еще долго хватала воздух ртом, и из ее глаз текли слезы.
Через некоторое время она почувствовала себя лучше, подействовал коньяк и капли. Так что в баню пошла сама, правда ее все же поддерживала служанка.
