Хагалаз. Восхождение (СИ)

Встречал наследницу торжественный оркестр. Находясь за дверями, девушка слышала, как колотится её взволнованное сердце. Церемония — формальность, но сколько мук она приносит той, что последние годы всеми силами пряталась от народа, боялась быть узнанной и осужденной!

Но вот — зазвучали трубы, герольд провозгласил появление принцессы, и ворота дворца открылись. Свет ударил в лицо, и Хизер на мгновение прищурилась. Её встретила ликующая толпа. Неужели они и правда радовались? Неужели действительно уверовали, что Геул вернул ей жизнь во имя торжества справедливости? Какое глупое заблуждение! Впрочем, почему бы не воспользоваться им? Девушка шагнула вперёд.

Снаружи её ждал Отец Люрэс, разодетый по случаю в праздничную золотистую рясу. Призывая галдящую толпу к тишине, он поднял ввысь посох, и когда люди затихли, обратился к ним с речью.

— Приветствуйте, дети Геул, избранную богом наследницу, снизошедшую на землю нашу, дабы воздать нечистым по заслугам, вернуть в Ревердас справедливость и благоденствие! Своей кровью последняя из рода Дефоу искупила грехи наши, да уберегла страну от разорения слугами Шааха, подговорёнными им на цареубийство! Убедившись в истинности и праведности наследницы, я, сын и слуга божий почту за честь сопроводить её до дома Геул, дабы стать свидетелем государевой присяги перед народом и всевышним отцом!

С этими словами священнослужитель трижды ударил посохом и начал спускаться по лестнице.

Хизер сделала вдох и, гордо расправив плечи, последовала за ним. Процессию сопровождало несколько придворных стражников, два юных пажа, несших королевский шлейф, и Леоссар, по настоянию Хизер оказавшийся среди горстки «избранных» на случай, если что-то пойдёт не так. Он следовал позади, неся на бархатной подушке невысокую серебряную чашу.

Люди глазели на девушку с нескрываемым любопытством, особенно отчаянные тянули к ней руки, но стражники быстро находили управу на наглецов.

— Да здравствует истинная наследница! Да здравствует избранница Геул!

Эти крики ободряли Хизер, но тело всё равно сжималось от страха перед толпой. Девушка никогда не видела коронаций, и тем более не представляла себя виновницей столь нечастого торжества. Она шагала за Отцом Люрэсом в роскошном платье и мантии. Люди, ещё недавно видевшие принцессу среди грязи и крови арены, теперь восхищались её великолепием и грацией.