Хагалаз. Восхождение (СИ)

— Ты видела их? — в конце концов спросил юноша, не выдержав скрипучей тишины.

— Значит, рассказ не сумасбродство.

Мисора, услышавшая диалог, прильнула к решётке и самодовольно улыбнулась.

— С чего бы мне лгать? Теперь видишь, мальчик, что я честна перед вами?

— Маленькая правда не исправит большую ложь.

— Ложь? В чём ты смеешь меня упрекать? Из моих уст звучала только правда, даже отвратительно горькая. Хочешь, я расскажу тебе об Энэйн? Я знала эту подлую женщину… эту насмешницу, сжирающую мужские сердца.

На лице Гелаты появилась задумчивая улыбка. Девушка нырнула в собственное сознание как раз в тот момент, когда в ней взыграло любопытство.

— Расскажи. Будет интересно послушать.

Мисора внимательно присмотрелась к ней, выдержала паузу, затем вдруг странно хохотнула.

— Будучи в теле этой девчонки, ты мне ничего не сделаешь. И не смотри так, будто можешь отрывать головы на выдохе, не напрягая рук. Утраченное искусство, убитая красота. Ты стала ничем, лишь частью жалкого человека.

Вот куда привела тебя жажда власти.

— Побеждена, но не сломлена. Не разделяй нас клетка, я вырвала бы твоё сердце и смотрела, как оно судорожно сжимается в последней попытке забиться.

— Слова красивые, но толку в них? Ведь ты там… — Гелата вдруг выхватила палку из рук Делэль и резко пихнула её между прутьев. Мисора не успела отстраниться и сук поцарапал ей плечо. Но несмотря на то что рана была совсем неглубокой, из неё обильно заструилась кровь. — А я здесь… что бы ты ни говорила.

Лисица выругалась, зажав болезненную рану. Пальцы её тут же слиплись от вязкой горячей жидкости. Гелата вернулась на место. Из носа её вытекла маленькая струйка крови, но девушка быстро утёрла её тыльной стороной ладони. Микаэль наблюдал за происходящим не без ужаса.

— Давай, Мисора… расскажи, кто я такая.

Женщина нервно сглотнула.

Идти пешком оказалось не просто утомительно. Блэйр понимал, что с каждой минутой он всё сильнее отстаёт от преследуемой компании. Стоит потерять след, и всё будет напрасно: арена, занятия с сициланцем и даже то, что он чудом выбрался живым.

Неужели судьба так зло над ним подшутит? Блэйр шагал быстро, насколько это было возможно. Дыхание сбилось, мучила вялая пульсирующая боль в животе. Благо, на улице заметно похолодало, и ходьба помогала согреться. Вода во фляге вскоре иссякла, и мужчина молился о пресном источнике. Его мучила сонливость и только мысль о неминуемой трагедии заставляла держаться на ногах.