Хагалаз. Восхождение (СИ)

Если бы отец Сунара не узнал о грозящей ему опасности, он не приказал бы избавиться от сына, Сунара не нашёл бы лорд, и тот не мстил бы за его смерть. Получается, что, обладая знанием, человек использует его себе во вред. Но можно ли, узнав будущее, не стать рычагом к его исполнению?

Хизер призадумалась. Ведь и правда. Тогда, на арене Блэйр говорил, что она станет причиной множества смертей. Девушка пыталась избежать неприятного предсказания, думая, что дело в рождении наследника узурпатора, но своими действиями довела до отчаяния Наоми и дала Эндагону повод начать войну, в которой, несомненно, погибнут невинные.

Она ничем не отличалась от отца Сунара. Она стала рычагом.

— Получается, предсказания созданы для того, чтобы жуткие события могли случаться? Но что, если вовсе и не в этом дело? Если бы отец Сунара сам воспитывал сына, а тот за что-то невзлюбил его, или приключился несчастный случай на охоте, и стрела Сунара угодила бы вовсе не в дичь? Вариантов смерти много. В одном случае можно сказать: виновато человеческое непослушание, а в другом — злой рок.

Мы ведь не знаем, к какому исходу пришла бы история, если отец Сунара поступил бы иначе. Что, если смерть от рук сына — просто судьба, и каким бы путём он ни шёл, финальный пункт оставался одинаков? Это как наша дорога в Эйхан. Мы могли взять восточнее или западнее, но всё равно бы приехали в туда, если нам суждено. Разве нет?

— И то верно. — Арравел усмехнулся. — Приятно, что вы откликнулись на мои рассуждения. Помню, я всё пытался разговорить Блэйра, но он так и остался сух и немногословен.

При упоминании мужчины внутри Хизер что-то сжалось.

— Не будем о нём. Незачем тревожить мертвецов.

Арравел хотел возразить на этот счёт, но вдруг передумал.

— Ваше Величество, вы любите загадки?

— Загадки? Возможно.

— Глаз без зрачка, ресницы на веках. Моргать не может, а проткнёшь — заплачет.

Девушка призадумалась. Загадки ассоциировались у неё с далёким детством, кажущимся некогда воображаемым ею сном. Взгляд её упёрся в гнилое яблоко под ногами.

Морщинистую кожицу слегка запорошило снегом.

— Один раз я встречала такой фрукт. Это рамбутан.

— Ого, я думал он малоизвестен на севере.

— И правда. Откуда вы про него знаете?

Арравел странно прищурился.

— Моему отцу нравился. Ему привозили на заказ.

— А ваш отец любит жить на широкую ногу. — Это было утверждение, потому лорд не посчитал нужным ответить. Своего отца он не очень-то любил и неохотно делал его предметом разговора.