Хагалаз. Восхождение (СИ)

Проверка Белого ока тоже прошла успешно.

Признаться, Хаара дико занервничала, когда на её счёт начали сомневаться, и всё-таки центр концентрации силы, обычно находящийся у магов в груди или голове, у Хаары отсутствовал. Её руки, не связанные между собой каналами энергии, не выдали себя, и девушка с облегчением выдохнула. Оставалось лишь побеждать и делать это так, чтобы другие не заподозрили подвоха.

Она улеглась и закрыла глаза. Перед мысленным взором встало искажённое злостью лицо Ирги. Скоро она умрёт. Жаль ли её Хааре? Нет.

Теперь она не будет никого жалеть, никому не даст пощады. В конце концов, на арене сражаются преступники: убийцы, воры, насильники. Как только пускаешь чью-то кровь, считай, что путь заказан. У человека, связавшего жизнь с оружием, нет шансов закончить её иначе, кроме как со сталью в теле. Девушка представила, как размахивается мечом и отрубает сопернице голову. Арена гудит. Ею восхищаются.

Фантазия о триумфе сменилась знакомым образом небритого мужчины. Вблизи на солнце он выглядел ещё старше, чем Хааре казалось раньше.

Благородный человек. Протянул ей руку. Но она проигнорировала жест. Никакой дружбы. Никаких связей. Все эти люди скоро умрут, и Блэйр будет одним из них. Она знает его имя, но предпочла бы забыть и это. Какая разница? Скоро и незаконный король будет убит. Хаара взойдёт на престол, принадлежавший предкам, несмотря на то, что лестницу к нему придётся построить из трупов.

Девушка повернулась на бок. Она привыкла в жёсткому, но ещё с трудом переносила грязь, холод и смрад.

Так хотелось открыть глаза и очутиться в палатке, увидеть Леоса рядом, его спокойное красивое лицо. «Леосссар… где он сейчас?» Хаара себя одёрнула. К чему эти приторные воспоминания? Он не любит её. Никогда не любил, даже не смел рассматривать как нечто большее, чем женщину, с которой можно удовлетворить потребность. Ни такта, ни церемоний. Холодное, насмешливое «нет». Хаара гнала мысли о маге, но они навязчивым роем кружились в голове. Боль то накатывала, то спадала. Девушке казалось, что она щепка в бушующем море.

«Сосредоточься на мести», — говорила она себе, но сказать было проще, чем сделать.

Блэйр не уставал пробовать на вкус её имя. То произносил его мысленно, то шёпотом. Образ девушки не выходил у него из головы. Мимолётная встреча в коридоре. Теперь арена. О ней ли говорил Джаваха, ведь других девушек, кроме мужеподобной Ирги на арене нет? Неужели сициланец был прав, ведь Блэйр лежит и думает о ней? Думает, хотя и не знает.