Химера

Какой смысл, если человек сам себе ставит палки в колеса?

Митя усугублял свое положение, но бегство – единственный шанс на спасение. Если им не воспользоваться, его прежняя жизнь закончится окончательно и бесповоротно. Бизнес, дом, семья. Все это останется за горизонтом, в недостижимой дали. Но пока он на свободе, есть надежда. Есть надежда спасти любовь и вернуть все назад. Потому что никто ему в этом не поможет: ни полицейские, ни бывший китобой, ни влиятельный чиновник.

Позади, метрах в сорока, неотступно маячила фигура бегущего водителя-охранника.

Он периодически кричал, чтобы Митя остановился, и страшно матюгался, но ветер разносил половину слов, и виртуозность конструкций оценить было невозможно. Один раз грянул выстрел в воздух. Другой раз пуля ударила в угол дома, брызнув в плечо и шею бетонной крошкой. Митя ощутил слабость в ногах, сообразив, что выстрел был прицельным. В него стреляли, словно в настоящего преступника. Все более чем серьезно.

На заплетающихся ногах он обогнул угол здания и вылетел на тихую неосвещенную дорогу, окруженную тополями и одноэтажными домами.

В груди вспыхнула надежда, что здесь он найдет укрытие. Но в следующую секунду сонные окрестности встряхнул вой и блеск мигалок.

До Мити патрульная машина не доехала, не заметив его во тьме. Она встала поперек дороги, перекрыв путь к центру города. Но Митя туда и не собирался. Он побежал в другую сторону.

Мимо тянулись кирпичные стены без окон. На одной мелькнула табличка: «Пролетарская улица». Куда ведет улица, Митя не имел понятия.

Главное, сейчас уйти от погони, думать – после.

Он перескочил через низенький заборчик, вломился в темные кусты какого-то палисада. Сандалии вязли в размякших грядках и цветниках, по плечам хлестали ветки. Некоторые из них оказались с шипами, и вскоре предплечья начало саднить от многочисленных ранок и царапин.

Сзади захрустело – охранник-водитель не отставал. Похоже, был в неплохой форме, потому что сократил половину разделявшей их дистанции. Митя же, голодный, измотанный бесконечным днем, выбивался из сил.

Если не придумать, как от него оторваться, то в скором времени Савичева снова ожидают решетки и расписные стены – и это в лучшем случае. В худшем же водитель может просто застрелить маньяка при попытке к бегству. А что? Еще и медаль дадут за героизм.

Митя рухнул на землю между кустами. Лучшего ничего не пришло в голову. В сумраке и ливне преследователь может не заметить. Пробежит еще квартал, прежде чем поймет, что его обвели вокруг пальца.