Хочу бабу на роликах!

И актер я никудышный, и бизнесмен говенный.

– Глеб, не распускайся, бога ради! Ты прекрасный актер! Твой момент настанет, но ты должен быть к этому готов. Я умоляю тебя, давай подготовь «Гамлета».

– И сделать тоже можно, у тебя есть для этого все. Внешность, голос, а главное – талант, большой талант! Я прочла эту статью, меня как что-то стукнуло – это для Глеба! Прочти, я уверена, у тебя все получится!

– Ну это бред, то, что годилось в шестьдесят пятом, совершенно не годится сейчас, ерунда.

– Шекспир всегда годится.

И ты сделаешь это так, как надо сейчас…

– Сейчас это не надо! Никому не надо! Ну, допустим, я сделаю – что еще не факт, но ведь я не писатель, который в стол пишет, мне публика нужна!

– Найдем публику, главное – такой спектакль стоит копейки… Может, удастся показать в твоем театре, или в Доме актера, или где-нибудь в провинции, наконец… Глеб, пожалуйста, подумай!

– И что я, по-твоему, Офелию должен играть? И самого себя в монастырь выпроваживать?

– Глеб, ты же понимаешь, это все одолимо.

Конечно, играть Офелию ты не будешь, это должен быть просто намек…

Я все-таки настояла на своем, я добыла для него текст со всеми сокращениями, по которому играл Рецептер, и Глеб взялся за дело. Мало-помалу он втянулся и через три месяца адовой работы показал «Гамлета» своему педагогу. Она очень высоко его оценила, сделала ряд чрезвычайно ценных замечаний и всеми правдами и не правдами устроила показ в Доме актера. Успех был полный, и после этого Глеба изредка начали приглашать на съемки – одним словом, заметили… Господи, сколько ночей мы с ним бились над Шекспиром.

Я знала «Гамлета» наизусть и подавала ему реплики, читала за Офелию и Гертруду, пока он полностью не вызубрил текст…

К сожалению, долго играть этот спектакль ему не довелось, нужен был спонсор, а его не находилось.

Может быть, теперь он найдется, этот чертов спонсор? Как было бы здорово! Нельзя ему играть только ментов и крутых мужиков. А если он еще уйдет из театра, как собирается… Тут нужен «Гамлет»! Сейчас спонсор найдется, не сомневаюсь, надо только его искать.

Черт, черт, черт, о чем я думаю? Я хотела уже порвать проклятые снимки, но передумала и на всякий случай решила спрятать их. Но куда? А все туда же, в «Историю КПСС»! Если он решит почитать письмо от любимой женщины, то найдет эту красоту – и поймет, что я все знаю. И что тогда? А что будет, то и будет, там поглядим!

Я затаилась. Глеба рвали на части, и я почти не видела его.