Хочу бабу на роликах!
2 прочтения
- Автор: Екатерина Николаевна Вильмонт
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы
Он понял, что мне тут плохо, одиноко…
– Ах, бедняжка, брошенная, одинокая, этот старый селадон запудрил тебе мозги…
– Фу, Глеб! Какая безвкусица!
– Что безвкусица? – опешил он.
– Неужели ты сам не слышишь? «Старый селадон» – это из драм и водевилей девятнадцатого века, а «запудрил мозги»…
– Сашка, я тебя обожаю. Но мне не нравится, когда вокруг тебя вертятся чужие мужики.
– Зато я в полном восторге, когда на тебе бабы гроздьями висят!
– Гроздья – это не опасно!
– А что опасно? Таинственные незнакомки, да?
– Какие незнакомки? Что ты плетешь?
Хмель понемногу выветривался из башки, и я поняла, что нельзя раньше времени выдавать свою тайну.
– Глеб, мы долго еще будем тусоваться? У меня ноги болят.
– Мне просто необходимо еще тут покрутиться, сама же понимаешь…
– Санечка, ну побудем еще часок и вместе поедем.
– Черт с тобой, только знаешь что… Проводи меня до сортира, я боюсь не дойти…
– Чем это ты так наклюкалась, Санька?
– Какой-то жутко вкусной гадостью, беленькой такой, сладкой…
Он помог мне встать и проводил до вполне роскошного сортира.
– Не надо, я найду дорогу. Спасибо, Глебка.
Я уже собралась выйти из кабинки, как вдруг услыхала разговор, настолько меня заинтересовавший, что я замерла и снова опустилась на унитаз.
– Слушай, ну до чего же Ордынцев хорош, просто сил нет!
– Да уж, Голливуд может отдыхать. И говорят, совершенно потрясный трахальщик!
– Серьезно? Никогда бы не подумала, слишком красив.
– Да многие. Ритка, например.
– Она с ним трахалась?
– Уверяет, что да. Мне еще кто-то говорил.
– Ну, может, и врут. Он теперь на виду, многие будут врать про него. Хотя это возможно, в нем есть что-то такое… Жутко сексуальный с виду мужик. Значит, хорошо трахается, говоришь? Надо попробовать. А он тут один или с женой?
– Да ничего интересного, бабенка как бабенка. Думаю, он ее скоро бросит.
– Она кто? Тоже актриса?
– Нет, так просто, придаток.
– Ты мне ее покажи, ладно?
– Без проблем. Ну напудрилась, пошли?
Боже мой, что же это такое? И как теперь жить?
Вся моя жизнь полетела к чертям собачьим, вот так, в одночасье… Я почувствовала, что к горлу подступает тошнота, и вскочила. Меня начало рвать. Хорошо, хоть в уборной рвет, не на людях. Когда я наконец вывалилась из кабинки и взглянула на себя в зеркало, мне стало еще хуже. Надо срочно уходить отсюда, пока меня никто не видит.
