Хочу тебя, девочка

После чего произнесла:    

— Ничего особенного. У вас много таких шлюх, как я, а любите вы только ее.     

Мне показалось, или в голосе Марины мелькнула горечь? Впрочем, сейчас это было последним, на что стоило обращать внимание. Потому что ересь, которую она повторила следом за моей бывшей любовницей, была абсурдной.           

— Ты не шлюха. И у меня шлюх, как выразилась Ариадна, не имеется, — сказал я то, что должен был сказать. — Но даже если бы они были… я не люблю ни Ариадну, ни кого бы то ни было.      

Прозвучало довольно резко, впрочем, я не лгал ни единым словом.

Я и вправду никого не любил и любить не собирался, а на то, что вбила себе в голову моя бывшая — мне было плевать.         

Припарковавшись возле дома Марины, я вышел из машины, обошел ее и распахнул дверцу.    

Протянув девочке руку, дождался, когда она вложит в мою ладонь хрупкие пальцы, после чего помог ей выйти. Но прежде, чем она сбежала бы от меня и скрылась в подъезде, я притянул Марину к себе.    

— Ты меня с ума сводишь, — признался я в приоткрытые губы.

— И такого со мной еще никто не делал, знай это, девочка.    

Не дожидаясь того, что она могла мне ответить, я впился поцелуем в сладкий рот. И через мгновение с ликованием, родившимся в груди, понял — Марина мне отвечает.       

— Я не пойму, как это могло случиться! — ударил кулаком по столу Ежов, когда мы с ним обсуждали обстоятельства предстоящей сделки. — Лапин говорил о поставках только с нами. Цену назначали тоже мы. С какого хера Гавриков ее перебил?       

Потерев подбородок, я вновь пробежал документы глазами.

Ответ напрашивался сам по себе. Нюансы сделки кто-то слил, поэтому сейчас договоренности висели на волоске.     

— Значит, у нас есть крыса, — озвучил я очевидное. — Нужно ее найти и впредь избавить себя от подобного.    

Ежов посмотрел на меня так, что я понял — он что-то мне скажет. То, что мне совсем не понравится.  

— Ты точно уверен в своей новой девице? — вскинул он бровь, и у меня внутри все сначала оборвалось, а потом заклокотало.

     

— Дим, — начал я тихо, тщательно подбирая слова.    

Эта потребность Ежова заподозрить всех и вся, в первую очередь Марину, мне совершенно не нравилась.  

— Я познакомился с ней сам. Я подошел к ней первым, — повторил то, что уже озвучивал Диме.     

Опустив голову, ухмыльнулся. Какого хрена вообще оправдывался перед Ежовым, я не знал. Но ведь так и получалось.     

— Знаю, — сказал Дима. — Но может это просто подстава? Может…     

Он не договорил.