Хочу тебя, девочка

— А тебе очень не хотелось прощаться, как я заметил, — процедил он в ответ.

— Я просто разговаривала со знакомым!

— А должна была находиться при мне!

От этих слов все раздражение и обида последних дней накатили стремительно, как снежный ком. И я сорвалась:

— При тебе?! Я — не твоя вещь, Камиль! Я тебе не принадлежу! И то, что я согласилась с тобой спать ради оплаты долга, не дает тебе на меня никаких прав!

Его взгляд способен был убить. На лице бешено заходили желваки. Я инстинктивно отступила назад, впервые по-настоящему испугавшись.

— Камиль… — прошептала одними губами.

Но он уже не слушал. Сократил между нами расстояние и, схватив меня за руку, буквально запихнул в салон машины, после чего сел сам и быстро сорвался с места.

И я могла только с ужасом гадать, что теперь вообще будет.

Она меня разозлила. До красной пелены перед глазами. Марина совсем не была той, какими обычно я представлял женщин, что находились рядом. Дорогим аксессуаром, например. Как и у множества подобных мне.

Нет, я относился к ней совсем иначе, хотя, допускал вероятность, что показать это у меня не особо получается. Но в тот момент, когда смотрел на нее рядом с этим щенком, я готов был об этом позабыть. Она должна была знать свое место. А ее место было рядом со мной.      

Как мы добрались до дома, не особо помнил. Дорога превратилась в один сплошной поток — серая лента шоссе, мелькающие деревья и хаотично скачущие мысли. Когда все успело зайти так далеко? Когда Марина забралась ко мне под кожу настолько глубоко, что это уже было не вытравить?     

— Наверх, — скомандовал я, когда припарковал машину во дворе и силой вытащил из нее девчонку.

     

— Не заставляй меня повторять дважды.      

Она хотела сказать что-то еще, но видимо, быстро поняла, что это бесполезно. Вскинула подбородок, но я видел, что этот жест — всего лишь попытка показать гордость.       

Марина шла по лестнице, словно поднималась на эшафот. Я следовал за ней, даже не рассчитывая на то, что мои эмоции улягутся.

Напротив, их становилось все больше с каждым пройденным шагом. И я опять чувствовал то, что мне не нравилось — бессилие. От понимания, что не могу совладать сам с собой, и что даже не собираюсь пытаться это сделать.     

В этом моем «хватит» было все. Прежде всего — желание, чтобы Марина перестала так на меня действовать. Однако было ясно — эта попытка остановить все — тщетна. Но я мог сделать то, чего желал. Стать первым мужчиной Марины.