Хочу тебя, девочка

Вроде бы не замечал, — пожал плечами Пьер и, вцепившись в чашку кофе, которую перед ним поставил официант, отпил добрую половину.     

— И все же, — как можно спокойнее и размереннее проговорил я.     

Не хватало еще, чтобы Пьер, думая, чем занять рот помимо того, чем он привык его занимать, начал поедать кубики рафинада, стоявшие на столе в сахарнице. А то от страха все может статься.

— Я думаю… — начал он, и я даже подался вперед, понуждая Пьера отшатнуться. — Думаю, что тебе лучше спросить у Марины! — произнес он скороговоркой.

Этого, в принципе, было достаточно. Она что-то от меня скрывала, но это, бл*, знал ее дружок! Просто прекрасно. Наверно, продолжать разговор, который не приносил удовольствия ни мне, ни сидящему напротив бледному Пьеру, не стоило. Поэтому я, поднявшись из-за столика и бросив на него пару купюр, поинтересовался напоследок:     

— Как я понял, ей есть, о чем недоговаривать, так?       

Он воззрился на меня поверх очков с простыми стеклами. В глазах действительно плескался страх, но сейчас он был моим союзником, а не врагом.

— Есть… Только, пожалуйста, будь к ней снисходительнее! И все! Я больше ничего не скажу! — заявил Пьер, и сделал движение рукой, будто закрывал рот на замок.     

А большего мне было и не нужно. Все остальное я собирался узнать из самого верного источника. Единственного, который мог пролить свет на то, что происходило.    

Едва мне стоило открыть Камилю дверь, как я поняла — серьезного разговора не избежать. 

Но я не была к этому готова! Почему, ну почему он просто не мог оставить меня в покое?! 

Его рука с силой впечаталась в противоположную от двери стену, словно этим жестом он хотел показать, что никуда не намерен уходить, даже если я попытаюсь его выставить.

Я инстинктивно отступила. Серые глаза буравили меня, пробирая едва ли не до костей. Он снова стал тем прежним Камилем, которого я боялась и от которого не знала, чего ждать. 

— Так и будешь стоять на пороге? — спросила так спокойно, как только была сейчас способна.

Он молча прикрыл за собой дверь. Движением руки дал понять, чтобы я прошла в зал, и последовал за мной. 

— Я знаю, что что-то происходит, — заявил отрывисто, остановившись напротив меня. 

Я не смотрела ему в лицо, но всей кожей чувствовала на себе пробирающий до дрожи взгляд. Такой твердый, такой пронзительный… Словно он и так понимал все, о чем я молчала. 

— Происходит только то, что ты пришел ко мне с каким-то непонятным допросом, — передернула я плечами.