Хочу тебя, девочка

По итогу же утром я получил совершенно четкое понимание, что меня рядом Марина видеть не хочет. И что-то наверняка скрывает. 

Впрочем, последнее я знал и так, ведь она призналась, что у нее что-то случилось, но желания говорить об этом нет. И я пока не понимал, что с этим делать. Влезть туда, где меня не ждали? Это могло снова разверзнуть между нами пропасть. Оставить все, как есть? Я не привык к подобному. Если были какие-то причины для волнения, я предпочитал знать о них и решать проблемы, а не бежать, как черт от ладана.

   

— Ну, еще немного, и сможешь войти в конференц-зал без угрозы довести кого-нибудь до инфаркта, — мрачно сказал Ежов, входя в мой кабинет и неся в руках какие-то бумаги.      

— И тебе привет, — ответил я. — Вроде встречу ты не назначал.     

— А должен? — вскинул бровь Дима. — Если я не вовремя, зайду потом. Хотя, ты наверняка захочешь услышать то, что я тебе скажу.      

Я нахмурился, вопросительно глядя на Ежова. В душе шевельнулось нехорошее предчувствие. И было оно связано именно с Мариной.

Дима вроде бы не сказал о ней ни слова (на этот раз, по крайней мере), но перед мысленным взором тут же встал ее образ. Тревога в бездонных глазах… нежелание, чтобы я был рядом.   

— Гонцов, приносящих дурные вести, пристреливают, — с мрачной шуткой сказал я, растягивая губы в невеселой улыбке. — Присаживайся.      

— Ну, ты сам решишь, что делать с той инфой, которую я тебе сейчас расскажу, — пожал плечами Ежов, устраиваясь за столом.     

Дождался, когда я займу свое кресло и протянул мне документы.

Я воззрился на них, вспоминая точно такой же момент, когда Ежов уже озвучил, что у меня на фирме завелась крыса. С тех пор этот вопрос не поднимался. Я был занят своими делами, целиком и полностью доверившись тому человеку, который был моей правой рукой. Который был едва ли не мною самим.     

— Только не говори, что ситуация повторилась, — прохрипел я, понимая по цифрам, что к чему.     

— Не просто повторилась… Теперь этот гаденыш, кто бы он ни был, сорвал тебе самый крупный твой контракт.

     

— Но у нас были железные договоренности!       

Я прорычал эти слова, мгновенно вскипая.      

— Камиль, ты сто лет в бизнесе. Не бывает железных договоренностей, когда речь идет о бабках. Об огромных бабках.      

Откинувшись на спинку кресла, я смежил веки и сжал челюсти с такой силой, что хрустнуло в висках. Сам виноват… во всем. Нужно было не своими амурными делами заниматься, а взять под личный контроль происходящее.