Хочу тебя, девочка

Пытаясь перехватить мой взгляд, он сказал непривычно мягко:

— Не нужно больше приходить, Марина. Ты ведь уже и сама все поняла. А я тебя предупреждал…

Я криво усмехнулась:

— Можете торжествовать.

В его глазах мелькнуло нечто странное, смутно похожее на сожаление. Он отступил на шаг и протянул руку, на которую я непонимающе уставилась.

— Я заберу документы, — вынужден был пояснить Ежов.

Я снова пожала плечами, протягивая ему пачку бумаг:

— Делайте, что хотите.

И с этими словами просто пошла прочь.

Все, что касалось Камиля и его фирмы, больше не имело ко мне никакого отношения.

И с этим нужно было отныне как-то жить.

— Милый… ты совсем не обращаешь на меня внимание, — промурлыкала Ариадна, а в миру Светлана Долгова, запустив пальцы с острыми когтями в волосы на моем затылке.      

Я инстинктивно попытался увернуться. И от этого касания, и от самой Ариадны. Не особо понимал, зачем позвал ее появиться на приеме рядом со мной. Хотя, вру… Понимал. Мне хотелось сразу двух вещей.

Первая — создать себе иллюзию возвращения к привычной жизни. Вторая — хоть как-то уязвить Марину.    

Наверняка фотографии с приема, на котором я собирался появиться с бывшей, уже завтра заполонят интернет. Но черт бы все побрал, как же мне хотелось бы посмотреть на Марину в этот момент! Что она почувствует? Ревность? О, нет. Вряд ли. Ведь девочка была рядом со мной исходя из своих, весьма конкретных и понятных теперь целей.        

Злость? Да, пожалуй, я, как идиот мальчишка пятнадцати лет, рассчитывал именно на это.

Мне хотелось задеть ее. Дать прочувствовать хотя бы сотую долю того, что ощущал я. Камиль Исаев на пятом десятке лет скатился до таких вещей, и виной тому была она. Марина. Отравой проникшая в мое нутро и мое сердце.     

— Твоя задача находиться рядом, — отчеканил, кивнув в сторону зала, где лениво развлекались гости. — Обозначать, обращаю ли внимание, или нет — в озвученные обязанности не входит.      

Ариадна притворно надула губы.

     

— С тех пор, как ты связался со своей малолеткой, тебя не узнать, — выдала она свой вердикт.    

Я улыбнулся, зная, что гримаса на моем лице больше походит на оскал.     

— Очень рад, что ты это понимаешь, Ари.      

Выйдя в зал, поправил волосы на затылке и сделал то, что уже стало обыденным. Привычно растянул губы, когда кто-то защелкал фотоаппаратом. 

Лениво наблюдая за теми, кто прибыл на этот прием, я гадал, на сколько меня хватит.