Холодный свет далёкой звезды

– Старая мудрая пословица, девочка моя, – довольно проговорил Марат, потирая ладони, – храни то, что хочешь спрятать, на виду. Ведь именно об этом ты думала, подбирая наряд, не так ли? – Грубо протиснул пальцы за пояс её джинсов и с вожделением посмотрел в глаза. – Интересно, поставь я тебя сейчас перед выбором, кого выберешь на этот раз?

Извернулся так, чтобы прижать ладонь к низу живота.

– Тепло. – Прошептал, прижимаясь губами к шее. – Вот за этого, – чуть надавил, – он убьёт меня, а за твоего…

Выдохнул, убирая руки, отходя в сторону.

– Признайся, какая-то часть тебя, его ненавидит. – Обернулся и скривил губы, в подтверждение своей правоты несколько раз кивнул. – Ненавидит настолько сильно, что убить готова, но не можешь, потому что другого смысла в жизни нет. Ты простила его? – Спросил в одном тоне со своими утверждениями и глупо улыбнулся. – Знаю: такое не прощают.

– Прибереги свои откровения для разговора с Ильдаром. Уверена: он оценит. – Всё же не сдержалась Лора, но Марат посмотрел как-то странно и азарт в его глазах погас.

– С чего ты взяла, что я буду говорить с ним? Мне это не интересно. – Сказал, будто признался и на мгновение отвёл взгляд.

– Не говорить? А что тогда? Посмотришь в его честные глаза? Призовёшь к ответу? Или, быть может, вы напьётесь и будете лучшими друзьями на свете? Что ещё пришло в твою безумную голову?

– Ты всё-таки вышла из себя. – Заметил некстати и не в тему, лениво ухмыляясь.

– Да пошёл ты к чёрту! – Лишь подтвердила догадки Лора. – Говоришь, руку отрубил? Мало! Таких как ты нужно уничтожать сразу.

– Таких как ты – тоже. – Добавил он тихо, но уступал не только по силе голоса. По силе духа сейчас уступал.

– И, знаешь, что? Если ты снова попытаешься прикоснуться ко мне, – Лора сделала выпад вперёд, – дорогостоящие протезы приделывать будет не к чему!

Только после того, как смолкла, Марат глянул на неё исподлобья, несколько раз не сдержавшись, хмыкнул, и лишь после этого широко расставил руки в стороны, склонил голову и взвыл как в бессилии.

– Слушай, Амазонка, ну, почему ты, а? – С тихим бешенством процедил сквозь зубы и медленно выпустил из себя скопившийся воздух. Руки опали, повисая по бокам от туловища. – Почему такая? Вот… даже в этой искусно сыгранной партии, в этой злобе, в этом отвращении я не увидел тебя настоящую. – Постепенно яд в голосе растворился, оставляя лишь усталость. – Ведь помню эти глаза, переполненные упрёком, обидой, иногда ненавистью. По тебе читать можно было не приглядываясь.