Холодный свет далёкой звезды

Обширные тёмные разводы прикипевшей крови разливались по коже, словно впитываясь в неё, сливаясь. Тёмные пятна, похожие на кровоподтёки, обсыпали руки, хотя не могла припомнить, чтобы ударялась. Уродующие впадины над ключицами подчёркивали чрезмерную худобу, а тёмные мешки под глазами лишь дополняли общую картину.

Осмотрелась, вздохнула, принимая это как должное, и наверно последним выдохом просто выгнала из себя и малейшие эмоции. Неприятное равнодушие отразилось в глазах, отпечаталось на лице сухой полуулыбкой.

И именно с таким спокойствием Лора подошла к умывальнику, смочила в горячей воде полотенце, и, не особо осторожничая, буквально сдирала с кожи мокрой махровой тканью то, что не давало вздохнуть глубже. Тёрла до боли, до покраснения, до того момента, пока чужую кровь не сменил яркий узор капиллярных кровоподтёков. Стянула с бёдер джинсы, обтёрла ноги. Водой умыла только лицо и ладони. Натянула чистую одежду свободного покроя больше похожую на хирургический костюм. Усмехнулась: что ещё можно раздобыть в клинике? Хорошо, что не пижама. Пальцами расчесала растрёпанные волосы, стягивая их в тугой жгут, обвязала резинкой, и только тогда вышла, предварительно затолкав грязную одежду в бак для мусора. Мансур, как и обещал, дожидался у двери палаты. Правда, не сдержался, внимательно осмотрел, но азарт в его глазах потускнел при виде более привычной для него, спокойной и равнодушной Лоры.

После, они просто сидели у дверей операционного блока. По разные стороны коридора. Не глядя друг на друга.

Первым не выдержал Мансур и поднял на неё взгляд буквально заставляя ответить. Лора выпрямила спину и неприлично высоко задрала подбородок.

– Не так просто принимать решения самостоятельно. Не так ли?

– Ты о чём? – Голос не дрогнул, а пальцы сдерживали напряжение, упираясь в мягкие дерматиновые сидения лавки.

– Ты привыкла, что за твоей спиной кто-то стоит. Непросто наверно было оказаться наедине с собственными страхами?

Только сейчас заметила вызов в его взгляде и голосе. Неприкрытую претензию и необъяснимое презрение.

– Ты о каких страхах сейчас рассуждаешь? – Нахмурилась, будто начиная разговор сначала.

– О чём ты с ним разговаривала? – Прозвучало, как на допросе, и Лора подобралась.

– С Маратом? Ты знаком с ним? – Постаралась ничем не выдать нарастающего волнения.

– Честно, не надеялся увидеть тебя в добром здравии после встречи с ним. Помнится, он был знатным ценителем женской красоты и внимания?

– Да. Но не был сумасшедшим.