Холодный ветер перемен (СИ)

— Ты сходи на улицу и посмотри — уже нет никого перед входом, — советует Вера, продолжая тянуть меня в сторону лестницы.

— Что, правда? — радуется норильчанка и делает несколько шагов в сторону выхода.

Но, опомнившись, подозрительно глядя на меня, спрашивает:

— Прожектор Толя мне поможет принести, — врёт на ходу Дурашко.

— Прожектор? — морщит лоб Людмилка. — Я с вами!

— Да не надо, зачем ты там нужна? — закатывает глаза Вера.

М-да, Люда нам не даст уединиться. Но если сравнивать двух девушек, то неприступная лучше доступной.

Вероника — секси, но несколько тяжеловата в фигуре, кому-то нравится, мне — нет, вот грудь у неё хороша. И прическа ей не идёт — начес какой-то дикий. Хоть волосы свои, светлые, не перекрасила, и то хорошо. Люда — гибкая, изящная, с тонкой талией, небольшой высокой грудью и правильными чертами лица. Словно пластический хирург поработал над каждой деталью её кавайной мордашки. Волосы схвачены в один тугой пучок на затылке, что очень ей идёт. В ушах золотые серьги с камушками. Одета во всё импортное — тесные джинсовые шорты, белая нейлоновая маечка, кроссовки и носочки, тоже белые. Вот и вся её одежда. Думаю, еще трусики под шортами есть, лифчиком она пренебрегает. Да боже упаси — я не жалуюсь!

— Давай попозже сходим, — незаметно подмигиваю я Вере. — Мне посты надо проверить. Где тут у вас запасные выходы?

— Во-о-он там, — хором отвечают красотки.

— Я покажу! — победно улыбается Люда, таща меня мимо столиков в противоположный угол «колодца».

— Толя, неужели тебе такие вульгарные девушки нравятся? — возмущённо спрашивает Людмилка по пути.

— И такие тоже нравятся, — не отрицаю я.

— А знаешь, какая у неё фамилия? — приводит ещё один «убийственный» довод Люда.

Странный вопрос, её по фамилии называл профессор, когда я тут был в прошлый раз.

— Знаю, Дурашко, — принимаю правила игры.

— А вот и нет! Она Горбоносова! В прошлом году замуж выскочила, так муж от неё через полгода сбежал!

Людмилка искрит превосходством, как ей кажется.

— Люд, да мне по барабану, выйдет замуж ещё раз, сменит на другую, — хмурюсь я.

Хмурюсь оттого, что черный, или запасный, выход сейчас открыт, и там стоят курильщики — пяток охранников из ДНД, парочка моих ребят и десятка два парней разной стадии опьянения. Чувствую, придётся разгонять народ и тут. А с кем? Два «афганца», кроме меня, и один из них вообще без кисти левой руки.

К слову, милиция сейчас не умеет работать с такими большими группами людей.