Холодный ветер перемен (СИ)

Обучение начнётся году в восемьдесят восьмом, когда будут повсеместно разгораться межнациональные конфликты. Тогда парней в форме начнут обучать работать щитами и дубинками в строю, рассекать толпу, использовать «черёмуху» и прочее. Щиты эти жестяные, наверное, лежат где-то, просто не учат работать с ними. Потом появятся красивые прозрачные щиты из какого-то пластика, но непрочные — будут трескаться и ломаться. Друган у меня в милицейском батальоне служил, как раз в Красноярске. Блин! Его сейчас призвать должны были ведь! «Семь, раз» призыв, то есть восемьдесят седьмой год, весна.

Мы с ним познакомились уже после его службы в армии в Новочеркасске, он был неплохим борцом в моём весе. Жили с ним даже один год вместе в одной комнате в общаге. Славка Носик, смешная такая фамилия у него была. Мы и потом дружили. Он «челночил» после распада СССР, затем открыл свой бизнес по строительству. К моменту моего переноса сюда Славка уже жил жизнью дауншифтера — денег прилично накопил, и работать больше не планировал, как и помогать своим двум дочкам. Жена его с ним развелась и выскочила замуж за ещё более богатого чинушу. Где же у него часть? Вроде, напротив «Культбытстроя», но там учебка сержантская МВД. Надо разузнать. Тут мои размышления прерывает пьяный голос:

— Эй, в маечке, иди к нам, обнимемся!

Как-то усмотрели Людмилку! Она выходить и не планирует, холодно же на улице.

— Там холодно! — пищит моя провожатая.

— Чего? — возмущаюсь я. — А было бы тепло, пошла бы?

Так стремительно краснеют только рыжие, но Люда не рыжая, однако покраснела за секунду, осознав двусмысленность своего ответа.

— Ты … мы … Что такое говоришь?! Не пошла бы! — гневно пытается выразить свою мысль девушка.

— А почему так сказала? — продолжаю наезжать я. — И кто из вас двоих вульгарный после этого?

— Иди, своих девок обнимай, чухан! — звонко кричит Людмилка толпе КИСИшников, которые в общем-то пока ведут себя мирно.

Но, как вы догадываетесь, после этих слов драка не могла не начаться.

— Да я тебя …, — ужом проскользнув мимо ДНДшников, в универ врывается разъярённый любвеобильный «чушок».

— Ой! — пискнула Люда, прячась за меня.

Джеб в летящего на меня оппонента! Да без перчаток! Выкидываю тело в подтаявший снег, ведь в Красноярске в начале апреля даже плюс был.

— Курильщики, заходим внутрь, — стараясь быть спокойным, кричу я парням из универа.

Это видно по тому, что на них нет верхней одежды, а значит, вышли на минутку посмолить.