Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Она грациозно проплывает мимо нашего кресла и опускается на диван к Стасу, с пылом прижимаясь к плечу последнего. А меня, кажется, тошнит. Появляется чувство, что стены комнаты сжимаются, вытесняя из когда-то обширного пространства последний воздух. Заставляю оторваться от Стаса и перевести внимание на Настю. Она красивая, как не крути. Вся такая изящная, ухоженная… утончённая? Мне впервые за три года становится стыдно за свои потрёпанные джинсы и извечную толстовку. И этот стыд вдруг приводит меня в сознание. Какого хера?! Нет, это токсичные мысли, нельзя позволять страхам прошлого лезть в свою жизнь.

Я — это я, и мне нет дела до того… как выглядит этот острозубый котёнок.

— И давно вы встречаетесь? — первой нарушает тишину Настя.

— Достаточно, — обтекаемо отвечает Рома, с хитрицой поглядывая на брата. Вызов ему, что ли, бросает.

— А Соня в курсе? — мрачно интересуется Стас.

— Обязательно, — тянет Ромка. — Хочешь, позвоню, уточню?

— Обязательнооо, — противным голосом передразнивает его старший.

В Ромкиных руках каким-то чудом появляется телефон, и откуда только вытащил? И пока я паникую от мысли, а кто такая Соня, он достаточно быстро набирает чей-то номер, не забыв включить громкую связь.

Теперь мы все слышим мерные гудки. Один-два-три… Я успеваю обрадоваться, что абонент находится где-то не с нами, как из телефонной трубки доносится недовольное:

— У меня новости, — обыденным голосом сообщает своей собеседнице Рома. — Я влюбился. Её зовут Вера, у неё фиолетовые волосы и тяжёлый характер.

Но, несмотря на это, мы решили пожениться и родить десятерых детей.

— Можешь передать ей мои искренние соболезнования, — ехидничает голос из телефона. — Это всё?

— Более чем, — заверяет неизвестную мне Соню Рома, в речи которого теперь тоже появляются первые неясные интонации.

Девушка ничего на это не отвечает, но и не спешит скидывать звонок. Ромкины пальцы чуть сильнее сжимают трубку, мне, находящейся в непосредственной близости от него, это хорошо заметно. Чужое дыхание чуть учащается.

По-моему, выходнока обернулась против своего хозяина. Одним быстрым движением Рома переводит звонок в обычный режим, вроде как всё ещё весел, по крайне мере, губы мастерски растягиваются в улыбке, но что-то неуловимое в нём уже изменилось.

Он отрывает голову от экрана телефона и, угрожающе блеснув глазами в сторону Стаса, беззаботно интересуется:

— Ну, убедился? — и не дожидаясь ответа, достаточно ловко выскальзывает из нашего кресла, практически не касаясь меня.