Хозяйка драконьего замка

— Хорошо, Дареш, не будем о богах, — с усилием улыбнулась, но Дареш, кажется, не заметил фальши. — Я лишь хотела узнать, когда смогу поприветствовать императора, как подданная Вальтарты.

Дареш засмеялся. Потом взял внушительный кус пирога, от которого отхватил сразу половину, и по-простому, по-деревенски оперся локтями на столешницу. Наклонился почти заговорщически, цепко удерживая мой взгляд.

— Видишь ли, Виве, — сказал он тихо. —Предыдущий император мертв и отныне вся власть Вальтарты принадлежит мне.

Представляю, как глупо я выглядела в эту секунду.

— Как это возможно? — спросила неверяще. — Нельзя узурпировать власть без веских на то оснований. Боги этого не одобрят.

Дареш развалился на кресле и с наслаждением ел пироги, насмешливо разглядывая мое ошарашенное лицо.

— Все они одобрят, — его физиономия расплылась в злорадной усмешке. — Боги сильных любят. А отныне я самый сильный дракон Вальтарты.

— Самый сильный дракон Вальтарты первый генерал, — поправила автоматически, и Дареш расхохотался.

Раскромсанный проявленными когтями пирог осыпался на дорогой ковер. Злоба, как огонь факела, вспыхнула в Дареше и полностью преобразила его лицо.

— Первый генерал мертв, — зашипел он, перегнувшись через стол. — Забудь его имя. Все заговорщики, посмевшие оспорить мою власть, мертвы или сидят в тюрьме в ожидании последнего часа. Больше никто не посмеет назвать меня пятым. Никто не посмеет припомнить мне происхождение!

Далось ему это происхождение.

Впрочем, кажется, император потому и женил его на титулованной смертнице, чтобы поднять мужику статус и при этом не обременить семьей. Еще и магию всучил. Вот она, мужская благодарность. Вместо того чтобы служить верой и правдой, Дареш, как я понимаю, просто сверг императора.

— Только не говори, что ты незаконнорожденный сын императора или что-то такое.

Дареш глянул на меня и совершенно искренне расхохотался. Судя по его реакции, я читала слишком много любовных романов.

Пусть себе бывший ржет, язвит и отпускает комментарии, лишь бы выдал нужную мне информацию. Мне надо принести генералу что-то существенное, чтобы он пропустил немного воздуха между плахой и моей нежной шейкой. Вряд ли весть о смерти его брата можно считать хорошей новостью.

Аш, конечно, говорил, что любит меня, но таким голосом на клиросе заупокойную поют.