Хозяйка драконьего замка

— Как Рене? — о Рене спросила уже не так уверенно, мне не было известно, как много знает Шише о произошедшем.

Но та послушно кивнула и отчиталась:

— Девочка незначительно ранена, но вейр Тальф залечил порез и уложил ее в лекарском флигеле до выздоровления. А вот вейра Фирре…

Шише замешкалась, но я наклонила голову, поощряя говорить ее дальше.

— Вейру заперли тюрьме, в подавляющей камере, поэтому можно не переживать, что она что-то сделает с собой или сможет выбраться сама.

— Кто знает о произошедшем с Фирре и Рене?

— Наместник Гирп, вейры Тальф и Левеш, да мы с вами.

— Хорошо, — задумчиво кивнула, отпуская кухарку.

Уже коснувшись ручки двери заставила себя соединиться разумом со стражем Гнезда, выпытывая нужную мне информацию и отдавая необходимые распоряжения.

«Тщательно следить, кто и куда ходит по территории, отслеживать магические ритуалы, артефакты и вмешательства в жизнь обитателей, при попытке навредить, обезвреживать и пеленать магией до моего прибытия.

«Восточная граница с ифритами отрезана магической завесой, — тут же отчиталась змеюшка. — часть привезенных вещей магически запечатана. Покои вашего супруга, защищены артефактами и брачной вязью, ведь он связан магическими узами с Леяш».

Я устало помассировала виски.

Плохо. Контроль над Гнездом уплывал из моих рук, и я пока ничего не могла поделать.

Мне просто нужны несколько часов хорошего сна и ясный ум, но я заставила себя остановиться и выспросить у стража еще несколько по-настоящему важных вещей.

Глава 32. Допрос с пристрастием

Ручку двери в покои я повернула, когда на часах пробило два, а на этажах стихли последние шорохи. Гнездо накрыла ночная могильная тишь. В резных высоких окнах стояла непроглядная тьма.

У меня не осталось сил даже перейти на магическое зрение. Поднявшись с банкетки у собственных покоев, где погрузилась в мысленное общение со стражем, наконец зашла внутрь.

На ощупь обогнула маленький столик с креслами, но коснуться двери в саму спальню уже не успела. Меня буквально вмяло в стену мощным, но нежным вихрем. Темнота обрушилась на лицо, губы, шею дождем жгучих поцелуев.

Я знала, кто это.