Хозяйка драконьего замка

Дареш медленно спустился, сверкая, как звезда, падающая с небес на землю, и я с трудом удержала натянутую улыбку. Как я не старалась отогнать тревогу и вернуть происходящее под контроль, основная часть этого ночного приема происходила не здесь. Она была там, где Аш. В зале, которую я обошла уже трижды, не было Гроде, Виридо, канцлера и еще с деток немолодых драконов, которых я интуитивно причисляла к первым лицам Вальтарты.

И Лиоль ходил за мной шаг в шаг, словно охранял или… сторожил.

Я же не оправдала доверия.

На даже если так, меня беспокоила одна вещь. Я поманила пальцем Лиоля, пока Дареш не успел подойти, а едва тот наклонился, прошипела:

Лиоль взглянул в упор серьезными глазами:

— Не волнуйтесь о нем вейра. Канцлер принес кровную клятву Его Величеству. Превыше клятвы Императору только клятва роду, но он ведь глава рода Тальф.

Это мы не про то самое величество говорим, которое умерло?

Спросить об этом я уже не смогла, к нам подошел Дареш, и с усмешкой взял меня под руку.

— Ты выглядишь божественно, Виве. Настоящая императрица.

Межполовой план с треском провалился. Лета смогла отвлечь мою ящерицу всего на десять минут.

— Благодарю, вейр Бельх.

На мое платье он отреагировал намного сдержаннее многих драконов, интересовавшихся, где я его добыла. Либо не видел его раньше, либо знал о нем меньше многих из присутствующих.

Он провел меня под руку к нескольким креслам, установленным в глубине зала рядом с окнами в сад. Зала немного сужалась к эркеру, поэтому создавалось ощущение избранности места. Кресла были установлены специально для верхушки Вальтарты, но не думала, что Дареш заставит меня сесть рядом с собой.

— Приятно видеть, что хоть одна из девок не трясется от ужаса, — Дареш обвел залу мутным взглядом, остановившись на полуголой Шалхе.

Я дала очередной незаметный знак, и к нам потекли горничные с закусками, вином, грогом, фигурно нарезанными фруктами, осыпанными орехами и сахаром.

— Не видят во мне императора, но сегодня… — Дареш задумчиво прихватил с одного из подносов бокал грога. Губы разошлись в злой усмешке. — Сегодня они поймут. Они мне поклонятся. И ты поклонишься первой, Виве. Хочу посмотреть, как хрупкая иномирная шейка согнется во славу мою.