Хозяйка Мельцер-хауса

Он где-то в Бельгии, куда отправили подкрепление, скребет лошадей и убирает конюшни.

Все тут же представили эту картину и улыбнулись. Камердинер Гумберт был невероятно чувствительной персоной. Один вид паутины мог вызвать у него истерику, его одежда всегда сияла чистотой, а обувь была начищена до блеска. Так что выгребать навоз из конюшен – занятие абсолютно не для него.

– Конечно, он странный малый, – сказал Иоганн Мельцер. – Но я не сомневаюсь, кто-кто, а уж он всеми правдами и неправдами, но выкрутится.

Пауль был рад, когда обед наконец подошел к концу. Даже таким лакомством, как ванильный пудинг с малиновым сиропом, он не мог насладиться по-настоящему – настроение за столом было удручающим. Ах, если бы здесь была Китти. Оставшуюся часть дня и вечер придется провести с родителями и сестрами. И только после этого он наконец сможет остаться наедине с Мари и с малышами.

– Что сказала повитуха? – услышал он тихий голос матери в коридоре.

– Ну, пока он здоров, – ответила Мари приглушенным тоном.

 – Просто он очень маленький. Его нужно обязательно кормить грудью.

– Да, я уже занялась поисками кормилицы. Завтра придут сразу три…

Внезапно Пауля охватило беспокойство за сына, вдруг он умрет. Он был слишком мал и, очевидно, не сосал грудь. Как же он выживет? И почему мама вызвала кормилицу только на завтра? Разве малыша не нужно кормить уже сегодня? И почему Мари не давала ему грудь? Он распахнул дверь красного салона, где Эльза только что сервировала для них настоящий мокко, и побежал к лестнице, ведущей в спальные комнаты.

Он торопливо поднялся наверх. Навстречу ему вышла Августа, которая в данный момент как бы занимала должность няни. Прошлой ночью ей доверили близнецов, и все прошло хорошо.

– Все в порядке, милостивый господин, – сказала она, слегка присев в книксене. – Госпожа кормит, так что лучше не мешать ей сейчас.

– А что с мальчиком? Он сейчас сосет?

– Ну, когда-нибудь он начнет сосать…

Ответ его не успокоил, но ясное дело, он мало чем сможет помочь, так что Пауль снова спустился вниз.

В коридоре его поджидал отец. Он потащил его в кабинет – на диване были разложены разные вещи. Нижнее белье, носки, плащ, карманный фонарик с блоками запасных батареек, теплая безрукавка, добротный нож на цепочке, коробка с набором игл, ниток и пуговиц, браунинг, сахар, шоколад, теплые домашние тапки, перчатки…

– Если будет нужно что-то еще, вышлем, – сказал отец.