Хозяйка Мельцер-хауса

Среди персонала давно распространился слух о том, куда они едут, – все были взволнованы и полны надежд на лучшее. Гумберт подготовил машину, заправил ее бензином и маслом, до блеска вымыл стекла. Вчера днем Густав с дедом расчистили снег на подъездной дороге, хотя никто не давал им таких указаний – они делали это по собственной воле.

Лиза вела машину медленно, стараясь не сбиться с пути и не сделать какой-нибудь глупой ошибки. Ей пришлось немного подождать у ворот, так как в город ехало много повозок с репой и картошкой.

Мари сидела рядом с ней в напряженном ожидании, она неподвижно смотрела на дорогу и молчала. Лиза тоже не могла придумать, о чем бы поговорить с ней. У нее замерзли пальцы, лучше бы она надела кожаные перчатки.

Как и ожидалось, на вокзале толпилась масса народа, поэтому они припарковали машину на Принцрегентенштрассе и последний отрезок пути шли пешком. Чтобы толпа не вышла из-под контроля, была выставлена полиция, и повсюду раздавались громкие указания: идти медленно, не толкаться, держать детей за руку.

– Уже одиннадцать. – Мари взглянула на вокзальные часы.

– Я же говорила, что мы опаздываем!

Мари в отчаянии остановилась у главного входа и спросила Лизу, не лучше ли подождать здесь, но шедшие за ними люди толкали их вперед, так что им пришлось идти к перрону, хотели они того или нет. Это были в основном женщины, молодые и старые, жены, матери, бабушки, они протискивались на платформу вместе со своими детьми, подростками с большими испуганными глазами и плачущими малышами.

На ком-то из них была приличная одежда, на ком-то – потертые куртки, на ногах ботинки с деревянными подошвами, но всех их объединяла отчаянная надежда, она была написана на их лицах.

Увлекаемые толпой, Лиза и Мари, пройдя мимо бесконечного числа ожидающих, нашли наконец свободное место на платформе и остановились перед пустыми путями. Поезд опаздывал. Неудивительно, если подобное происходило на каждой станции, где он останавливался.

«Как же найти кого-то в такой толпе? – с тревогой подумала Лиза.

 – Мы стоим так далеко, что не увидим высаживающихся солдат».

Она схватила Мари за руку и сжала ее, чтобы хоть как-то приободрить.

– Надо было остаться дома, – сказала Мари. – Такая толчея! Здесь запросто могут задавить насмерть.

И в самом деле, то тут, то там возникала давка, раздавались гневные крики, плакали дети. И все-таки большинство людей сохраняли спокойствие и старались быть как можно более внимательными друг к другу.