Хозяйка закрытого города

Дочь престарелого барона была прекрасна и умна, но изводила меня ревностью к ею же придуманным женщинам. Мы расстались спустя пять лет, и больше никогда не виделись.

Разочарование в девушках было сильным. Ровно до того дня, когда в наш мир пришла Альбина.

Она оказалась чудом, светом, солнцем. Любил ее безумно, но как потом понял — любовь моя была не к ней, а к тому, каким я сам был рядом с этой иномирянкой. Она была сильной, умной, мудрой и совершенно бесстрашной. Альбина вдохновляла меня настолько сильно, как ни одна девушка не была способна.

Но она выбрала Льера.

Потом была Алина. Внучка графини Закамской. Я уже было рванул в Нордвиг для встречи с ней, хотел узнать, все ли землянки такие безупречные как Альбина, но не успел. Алинка влюбилась раньше, чем познакомилась со мной. Ее избранником стал молодой герцог, и все что я сделал — послал им на свадьбу в качестве подарка сундук с драгоценными камнями.

После этого на сорок три года я забыл о существовании девушек совсем. Летал по миру, помогал кому мог, отдыхал, возвращал к жизни мертвые города.

Я лишь иногда по ночам молился, чтобы Исмантур даровал мне такое же счастье, как Великому лорду и молодому герцогу, чтобы в моей жизни наконец появилась та, ради кого мне и нужно будет строить новый мир. Чтобы она была счастлива.

Исмантур услышал. Но сейчас вижу, что он лишь издевается.

А теперь я стою на лестнице в собственном огромном замке, который построил для большой семьи созданной в будущем с иномирянкой, держу на своих руках девушку, обладающую притягательной красотой и внутренней силой.

В ее испуганных синих глазах не было мольбы о помощи, лишь прощание. Прежде, чем они закрылись, увидел в них еще и то, ради чего я был готов уничтожить Исмантур.

Анна была ко мне неравнодушна. Я боялся, что никогда не смогу обратить на себя ее внимание, но когда это наконец произошло, она уже умирала в моих объятиях.

Лихорадка не щадит никого. Благо, не Лебединая — Анна хотя бы не будет мучиться слишком долго. Сейчас крепкий сон затуманит ее сознание, унесет из этого страшного места в другое, сказочное, а мне лишь останется похоронить это хрупкое бездыханное тело.

Она все еще едва заметно дышала. Мне бы стоило поторопиться, но не мог сдвинуться с места. Все стоял и смотрел на ее лицо, судорожно поправляя выбившиеся пряди волос из ее косы.