Хозяин моего тела

На Тимуре только полотенце, видимо он тоже принимал душ, в другой ванной. Волосы влажные, с них капли воды стекают по мощной шее. У меня пересыхает в горле от вида смуглого обнаженного по пояс тела. Бугры бицепсов, идеальный пресс с кубиками. Никогда не залипала на мужские фигуры, всегда считала это чем-то неважным… Но сейчас это на меня произвело сильнейший эффект. Я почувствовала себя замарашкой рядом с богом Олимпа. Настолько хорош обнаженный Юсупов.

— Готова? — звучит короткий вопрос.

— Тогда иди за мной.

Семеню следом, низко опустив голову, боясь споткнуться. Пытаюсь подбодрить себя — Юсупов заботлив. Даже тапочки принес, это хороший знак…

Минута — и мы уже в спальне. Большая комната, посреди огромная кровать, застеленная бежевым покрывалом. Лаконичная обстановка, ничего лишнего. Все строго и функционально. Изысканная мебель, необычный дизайн светильников. Абстрактная картина на стене.

Я должна ему сказать… Но что он сделает, когда узнает, что я еще ни с кем… В кино или книгах мужчины реагируют по-разному.

Это проносится в голове, прежде чем снимаю с себя халат.

Халат падает на пол и от пронзительно пристального взгляда мужчины мне становится ужасно не по себе. На меня никогда и никто не смотрел вот так… словно уже касается, всюду. Для него нет запретов. Хочется обхватить себя руками, хоть немного прикрыться, но я понимаю, что так только навлеку на себя лишнюю грубость.

Вспыхиваю от нового приказа. Неужели обязательно давать вот такие короткие команды? Наверное, в его понимании иного я не заслужила.

Подхожу вплотную. На Тимуре все еще полотенце, тогда как я абсолютно голая, беззащитная. Сердце колотится бешено, выпрыгивая из груди. Поднимаю взгляд, чувствуя, как все тело, от макушки до пяток, наливается липким холодом.

Юсупов вдруг протягивает руку и чуть касается кончиками пальцев моей щеки. Не ожидая этого, испуганно отшатываюсь.

— Ты не должна каждый раз изображать перепуганного насмерть кролика, когда я прикасаюсь к тебе, — хмуро бросает Тимур.

— Да… Хорошо. Я пока не привыкла. И мне нужны гарантии, — добавляю срывающимся шепотом. Хочет, чтобы смелой была? Отлично. Тогда должен понимать, почему я здесь. Ради чего. — Я не хочу в тюрьму.

Нет ответа.