Хозяин урмана
4 прочтения
— Приятель Крашенинникова украл с капища священные реликвии — берестяную книгу Тенгри и фигурки Небесного Пса и Огненного Коршуна, слуг бога. Шорцы устроили погоню и даже убили похитителя, но Крашенинников все же увез эти раритеты с собой. Он хранил их много лет, но посланцы Белого шамана — того, что совершал обряд — нашли ученого в Петербурге. Видимо, опасаясь этого, Крашенинников пытался через своего брата-купца вернуть раритеты в Сибирь, но не преуспел. И умер…
— И куда же делись эти раритеты потом?
— Непонятно.
— А как все это связано с нашими событиями?
— Думаю, Геннадий Урманов откуда-то узнал о тех давних событиях и вознамерился завершить прерванный обряд, успокоить грозного бога.
— По-твоему получается, что Геннадий Урманов вовсе не преступник, а спаситель человечества?
— Ну, это с какой стороны посмотреть…
— Да с любой! — Олег опустил стекло и выбросил окурок. — Он совершил преступление и должен быть наказан!
— Ладно. Накажешь его, когда найдем. Между прочим, время теперь работает против нас. Можем опоздать…
— Ты опять про капище? А я думаю, что Урманов до сих пор в городе и будет искать новой встречи с Крюгером! — Ракитин отвернулся и снова закурил.
— Знаешь, Олежек, — мирно сказал я, — иногда мне кажется, что у тебя в предках была не обезьяна, как у всех, а коза! Бодливая и упрямая.
До самого города никто из нас больше не произнес ни слова. Меня это вполне устроило — удалось еще урвать для сна часок. Очнулся я, когда мы переезжали по мосту Томь. Сладко потянувшись, я бодро попросил:
— Высади меня возле Политехнического, сержант.
На часах было еще только четыре часа пополудни, и я решил прогуляться пешком до редакции.
В редакции стояла всегдашняя предвечерняя тишина. Большинство сотрудников уже отправились по своим личным и не очень делам. Оставались лишь те, кто торопился сдать материал или дежурил по очередному выпуску.
В отделе я обнаружил одну Полонскую, сосредоточенно вычитывавшую текст на компьютере.