Хозяин урмана

Однако когда оперативники приехали в Бакчар, выяснилась неприятная подробность: никто не мог точно сказать, где именно пропал автобус с тридцатью пассажирами и водителем. А учитывая, что протяженность «глухого» участка трассы — то есть такого, где нет никаких поселков и остановок, — составила чуть меньше двухсот километров, задача перед опергруппой вырисовалась весьма непростая.

— Я уверен, что наши клиенты совершили захват автобуса где-то сразу за Мельниково, то есть за понтонной переправой, — высказал предположение начальник бакчарского угрозыска капитан Шемякин.

— Есть оперативная информация, что автобус благополучно миновал село Плотниково, — сообщил Сизых.

— То есть пропал уже за Иксой?

— Далековато для пеших беглецов… — усомнился один из томских оперативников, лейтенант Азмуханов.

— А кто сказал, что они пешие? — повернулся к нему Сизых.

— А тогда зачем автобус захватывать?

— Я думаю, им кто-то помог через реку перебраться, и дальше они пешком потопали, — продолжил Шемякин. — Ну, потом сообразили, что пёхом далеко не уйти, и решили прокатиться.

— Да уж, фора… — вздохнул Сизых. — Ладно, пока все логично. Взяли они автобус, а где тогда пассажиры? Им-то они не нужны точно?

— Найдем пассажиров, найдем и автобус! — подытожил Шемякин.

Он созвонился с лесной пожарной частью и попросил посодействовать — полетать на вертолетах над возможным районом поисков, вдоль проселков и технических просек. Сами же оперативники разделились на несколько групп и отправились на служебных «уазах» и мотоциклах обследовать основные трассы района.

— Как думаешь, — прервал долгое молчание Сизых, покосившись на напарника, лейтенанта Азмуханова, который сосредоточенно крутил баранку, не отрывая взгляда от дороги, — где удобнее всего свернуть с трассы?

— Они должны были свернуть куда-нибудь на север, — откликнулся после минутной паузы Азмуханов.

— Там через полсотни километров уже начинается лесостепь, а в ней найти укрытие сложно. Проще — на севере, в урманах Бакчара.

— Ага, — майор подергал себя за кончик носа (привычка, от которой он никак не мог избавиться). — А среди наших клиентов есть такой?

— Коренной сибиряк, томич, там только один — Миронов Степан Никифорович по кличке Голован, — лейтенант покрутил головой, хмыкнул: — Ловкие, черти! Надо же додуматься — автобус захватить!..

— Ловкий и хитрый преступник — вдвойне опасен… — Сизых развернул карту района.