Хранительница царских тайн

Сергей позвонил Савченко, тот встретил на проходной и проводил их в свой кабинет.

Сергей коротко изложил свою просьбу. Ампула перекочевала в пластиковый пакет и легла на стол медика.

– Позвоню, как только будет готов результат, – пообещал Савченко. – Я могу еще чем-то помочь?

– Можешь. – Дуло кивнул Полине: – Излагайте.

– В общем, нужно найти упоминание об одном пациенте, который поступил в реанимацию тридцать лет назад.

– Боюсь, сегодня вряд ли удастся, конец дня. Хотя постойте… – Вениамин снял трубку. – Генриетта Васильевна, здравствуйте, это Савченко.

– Первое или второе июня. Троицкий.

– Вы уверены, что он поступал к нам?

– Да. – Полина взглянула на Дуло и напомнила: – Виссарион Иосифович сказал так.

– Что? – Савченко снова говорил по телефону. – Поступил второго июня? И в тот же день умер? Спасибо.

– Врача! Узнайте фамилию лечащего врача! – срывающимся голосом воскликнула Полина.

– Подождите, Генриетта Васильевна! – Медик был немного напуган. – Посмотрите, пожалуйста, кто его принял. Жду…

Пару минут в кабинете стояла напряженная тишина. Наконец Савченко спросил:

– Как вы сказали? Спасибо, – он положил трубку.

– Ну? – Полина побледнела.

– Минутку… – Вениамин Савченко что-то писал на голубом бумажном квадрате. – Вот. Здесь фамилия, инициалы, полного имени нет.

– Спасибо. – Полина взглянула на листок, сунула его в карман и пошла к двери. – До свидания.

– Странная у тебя подруга… – Савченко наклонился к столу и заговорил низким голосом: – Но хороша-а-а!

– Я и сам не верю своему счастью, – Сергей и пожал ему руку. – Жду твоего звонка.

Полину он догнал у машины.

– Послушайте, мне кажется, вы пытаетесь водить меня за нос. Выкладывайте, что случилось. – Сергей Дуло не желал больше тянуть время. – Зачем вам понадобилась фамилия лечащего врача? Дайте листок…

Полина молча протянула голубую бумажку.

– Там написано Свирская Д. С., что значит – Свирская Диана Самсоновна.

– Но позвольте. Эта женщина работала в Беляевском детском доме… – Сергей Дуло ошеломленно взглянул на Полину. – И потом…

– Совершенно верно. Мы не однофамильцы, – она посмотрела в его глаза. – Это моя мать.

Полине полтора годика

Полина и Сергей шагали по улице, не задумываясь над тем, куда идут.