Хроники Хокмуна. Рунный посох

Но я ничего не знаю об этом.

— Когда-нибудь узнаешь.

— Рунному Посоху, — сказал Рыцарь в Черном и Золотом и, зазвенев поводьями, направил коня к воротам. И прежде чем Хокмун успел спросить еще что-нибудь, он был уже на улице.

— Он сказал — Рунному Посоху? — нахмурившись, пробормотал Оладан. — Я думал, это миф…

— Да, миф. Я думаю, Рыцарь любит тайны. Несомненно, он пошутил, — сказал Хокмун и, широко улыбаясь, хлопнул Оладана по плечу. — Если мы когда-нибудь еще увидим его, то обязательно спросим об этом. А сейчас я хочу есть, и хороший обед был бы…

— Королева Фробра устраивает сегодня пир во дворце.

— Оладан подмигнул другу. — Такого изобилия я еще не видел. И потом, я думаю, что интерес королевы к тебе объясняется не только чувством благодарности.

— Выдумаешь тоже… Надеюсь, она не очень огорчится, когда узнает, что я уже принадлежу другой.

— Да, мой дорогой друг. Идем. Отобедаем за королевским столом и будем готовиться к отъезду.

— Зачем так торопиться? Мы здесь — герои и, кроме того, по-моему, заслужили хотя бы небольшой отдых.

— Оставайся, если хочешь. А я спешу на свадьбу — на свою свадьбу.

— Ладно, — притворно вздохнул Оладан. — Я не могу пропустить такое событие. Придется и мне поспешить.

Наутро королева проводила их до ворот.

— Подумай хорошенько, Дориан Хокмун. Я предлагаю тебе трон — тот самый, которого так домогался мой брат.

Но Хокмун уже смотрел на запад. Где-то там, в двух тысячах милях и нескольких месяцах путешествия отсюда, его ждала Исольда, ждала, не зная, что с ним, жив ли он… Граф Брасс тоже ждал, и Хокмуну не терпелось поскорее поведать ему о новом поражении Гранбретании.

А Богенталь, наверное, и сейчас стоит рядом с Исольдой в башне, возвышающейся над пустынным ландшафтом Камарга, и пытается утешить бедную девушку, которая ждет своего суженого и не знает, вернется ли он.

Хокмун поклонился, сидя в седле, и поцеловал руку королевы.

— Я благодарю вас, ваше величество, и очень тронут вашим предложением, но я дал слово и должен держать его — и ради этого готов отказаться даже от двадцати тронов.

Поэтому я должен ехать. Да и потом, мой меч нужен тем, кто борется против Темной Империи.

— Тогда иди, — с печалью в голосе сказала Фробра, — но помни город Хамадан и его королеву.

— Я никогда не забуду вас.

Он дернул поводья и направил своего голубого коня по простирающейся перед ним каменистой равнине. Оладан, обернувшись, послал королеве воздушный поцелуй, подмигнул и поспешил за другом.