Хронология

Очень похоже, что команда крейсера заранее знала о плане и времени визита без приглашения водолаза-„диверсанта“, которого она показательно уничтожила без применения какого-либо оружия! Советская сторона заявила правительству Великобритании официальный протест. Британское правительство принесло извинения, уверяя, что ему ничего не известно по поводу этой провокации, организованной неизвестными третьими лицами с целью разрыва добрососедских отношений между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции.

Журналисты достоверно установили, что, трагически погибший и никому неизвестный этот водолаз-„диверсант“ был одним из ветеранов суперсекретной 12-й флотилии британского флота, имел чин капитана 2 ранга и звали его Лайонел Крэбб. В годы Второй мировой войны он успешно руководил обороной британской военно-морской базы Гибралтар от итальянских боевых пловцов и по праву сам считался одним из лучших британского флота».

«Правда», 19.06.2003. Из интервью с отставным офицером Королевских ВМС Джоном Девенпортом:

«— Потом я немножко учился русскому языку и два года служил в России, где был немножко дипломат и разведчик, а также личный враг вашего премьера Никиты Хрущева.

— Я не был знаком с ним во время его визита на коронацию Елизаветы в Англию в 1956 году на крейсере „Орджоникидзе“, когда на его борту была совершена попытка диверсии английскими подводными коммандос. Но я в то время исполнял обязанности офицера связи с английскими кораблями, которые были ошвартованы рядом с „Орджоникидзе“, — так случилось, что был на его борту незадолго до обнаружения боевого пловца под днищем крейсера, был и после, когда на крейсере и в воде работали ваши легководолазы.

А в 1958 году во время приема Хрущева в нашем посольстве премьер-министром Макмилланом меня представили вашему лидеру, как и всех прочих дипломатов. И тогда, подойдя ко мне вплотную, Хрущев неожиданно резко сказал: „Таких, как вы, нельзя пускать в Россию — которые подныривают под наш флот…“ Он все больше распалялся, яростно говорил еще что-то… Я был просто в шоке! Тут подскочил наш посол, успокоил меня и быстро отправил с поручением долой с глаз Хрущева. Позднее мне рассказали, что КГБ, докладывая ему о диверсии, особо акцентировало внимание на моем присутствии на борту „Орджоникидзе“. Хрущев хорошо запомнил мою фамилию и меня, мы встречались еще несколько раз, и он внимательно следил за мной во время приемов.