Хрустальная ловушка

Перед самой смертью она несколько раз уходила из дома: отец даже был вынужден на какое-то время оставить работу, чтобы следить за ней… Почему все эти давно забытые, задвинутые в дальний угол души подробности ее несчастного детства всплывают теперь, в точной хронологической последовательности?

Потому что она — Ольга — в точной хронологической последовательности повторяет все круги ада, пройденные Мананой?

Ольга тихонько заскулила и обхватила голову руками.

Очки… Почему на ней очки, почему она не помнит, как оказалась здесь? Очки мешали, сдавливали голову раскаленным обручем — и Ольга сорвала их, надеясь, что хоть так избавится от обруча.

— Марк! — неслышно позвала она. — Марк! Я здесь… Приди, пожалуйста… Забери меня отсюда…

И он как будто почувствовал движение ее почти бесплотного голоса: дверь коттеджа распахнулась, и на пороге, в ореоле теплого домашнего света возникла его фигура. Несколько минут он стоял, вглядываясь в темноту.

В противоположную от Ольги сторону.

Сейчас он скроется из виду, и Ольга останется здесь, наедине с темнотой и страхом перед собственным прошлым, настоящим и будущим…

— Марк! — Она вложила в свой слабый, кажется, навсегда севший голос все отчаяние, всю муку, которую испытывала.

Он услышал и обернулся.

— Марк! — Нужно дать ему понять, что это не наваждение, не шепот полуночных сосен, не фальшивое пение всех дьяволов-искусителей, вместе взятых.

Ей удалось приподняться на колени в смятом ее собственным телом снегу.

— Марк! Пожалуйста, Марк…

Наконец-то он увидел ее беспомощную жалкую фигурку и бросился к ней.

— Марк! Милый. — Она зарыдала и обвила его шею руками. — Забери меня отсюда… Забери, иначе я умру…

— Что ты здесь делаешь, кара? — Даже не выслушав бессвязные речи Ольги, он сорвал с себя куртку и укутал ею жену.

— Я… Я не знаю… Я не помню… Пожалуйста…

Стиснув зубы, он подхватил ее на руки и понес в сторону коттеджа.

…Спустя пять минут она уже сидела в кровати и тихо плакала. В пальцах ее была зажата кружка с обжигающе горячим молоком, но она даже не замечала жара, идущего от кружки.

— Объясни мне, пожалуйста, что произошло, кара? — в очередной раз спросил Марк, возясь с новым компрессом.