Хрустальная ловушка

И потом, стоит ли доверять подобным показаниям?

— Во всяком случае, стоит к ним прислушаться.

— Неужели вы всерьез верите в существование какого-то ателье смерти, да еще под носом у горнолыжного курорта с неплохой репутацией? Даже для нашего беспокойного времени это перебор.

Звягинцев сдул пену, неопределенно помычал, но от ответа уклонился. Действительно, озвученная Марком цепь событий, к которым он, Звягинцев, отнесся так серьезно, выглядела жалкой пародией на фильм ужасов. Без всяких затей, с горой силиконовых трупов, кетчупом вместо крови и бензопилой для расчлененки в качестве главной героини.

— Кто вы по званию? — неожиданно спросил Марк.

Только этого не хватало! Сейчас этот субчик начнет рыться в его кальсонах, где в самом неподходящем месте воткнуты четыре унизительно-маленькие звезды капитана!

— Я в отставке, — скромно сказал Звягинцев.

— Значит, давно не практиковали. У вас тут тихо, как я посмотрю.

— Да. Не могу сказать, что завален работой по горло. Сегодняшний случай с вашей женой — редкое исключение.

 — Звягинцеву не хотелось трепать имя несчастной Ольги, но поставить на место зарвавшегося молодого человека он посчитал своим долгом.

— Послушайте, Пал Палыч. — От принятого коньяка глаза Марка заблестели. — Я попытаюсь изложить вам свою версию происшедшего. Мне это будет нелегко, потому что все это связано с моей женой…

— Если нелегко — не излагайте. Зачем же себя мучить.

— И все-таки… Дело в том, что мать моей жены покончила собой. Много лет назад. Об этом не стоило бы вспоминать, да я бы и не стал этого делать, если бы… Если бы мать Ольги не страдала очень серьезным психическим расстройством.

Ольга была слишком мала, чтобы по-настоящему пережить ее смерть. Похоже, что она начинает переживать ее именно сейчас.

— А раньше? Ничего такого за вашей женой не наблюдалось?

— Абсолютно ничего. Ольга — очень уравновешенный человек. Я бы даже сказал — чересчур уравновешенный. Она интроверт, вы понимаете, о чем я говорю?

Звягинцев отклячил нижнюю губу и изрек нечто среднее между «угу-мм» и «м-да».

Он смутно помнил два этих запредельных психологических термина «экстраверт» и «интроверт», но вот что они обозначают конкретно…

— Она все держит в себе. Она очень сдержанный человек. У нас бывали тяжелые времена, и всегда ее поведение было выше всяких похвал… Когда мы прилетели сюда — еще в аэропорту, к Ольге привязалась какая-то гадалка и наговорила ей бог знает что.

— Ну, откуда же я знаю! Что-то о жизни и смерти, обычный цыганский бред.