Хрустальная ловушка

А когда оклемаешься, прибьем на этой двери табличку: «При съемке фильма ни одно животное не пострадало».

Инка не успела ответить колкостью — на тумбочке рядом с кроватью зазвонил телефон. Инка инстинктивно потянулась к нему и застонала: пока ничего с резкими движениями не получится. Это ясно.

Марк снял трубку и некоторое время сосредоточенно молчал.

— Понятно, — сказал наконец он. — Мы выходим.

— Что? — спросила Ольга.

— Ну, дщери мои, готовьтесь. Только что передали по инстанциям: Игорь нашел борт и сейчас уже на подлете.

Инка залилась краской. Видно было, что она ждет прилета мужа и боится его.

— Дай мне, пожалуйста, мою косметичку, Лелишна, — виновато попросила она.

— Самое время, — ухмыльнулся Марк.

— К приезду мужа я должна быть во всеоружии.

— Ты и так уже во всеоружии. Можно сказать, экипировалась от лодыжек до крестца.

Нет, сегодня все-таки не его день. Шутит он неудачно. На редкость неудачно.

Ольга поцеловала Инку, Марк же ограничился легким кивком и похлопыванием по складкам одеяла: держите себя в руках, миледи, если уж ноги вам отказали.

— Жду тебя в вестибюле, — шепнул жене Марк, скрываясь за дверью.

— Лелишна, — снова позвала Инка.

Ольга склонилась над ней и взъерошила ее короткие темные волосы — экстремальный вариант, воинствующий унисекс, лоснящаяся шкурка породистого зверька.

— Как я выгляжу, Лелишна?

— Правда? А почему не отлично?

— Потому что ты неисправимая кокетка, Инка.

— Я бы даже сказал больше, — Марк все-таки просунул голову в дверь и отыграл подачу, — она будет кокетничать даже в гробу и строить зазевавшимся червям пустые глазницы.

— Лелишна, будь любезна, передай своему мужу, а моему зятю, что он ублюдок.

— Передаю, — улыбнулась Ольга, — Марк, ты бестактный человек.

Марк захлопнул дверь.

— Лелишна, — Инка подняла на нее глаза, — что я должна сделать, чтобы он остался со мной?

— Ничего. Остаться собой, только и всего. — Ольга даже поморщилась от своей последней реплики: уж слишком выспренне она прозвучала.

…В вестибюле гостиницы Марк беседовал со Звягинцевым. От толстого Пал Палыча за версту несло пивом и снисходительным почтением. Ольге не очень-то хотелось видеть Звягинцева — сам того не подозревая, он выступал свидетелем обвинения на процессе по делу о ее маленьких несанкционированных безумствах. Но Марк уже махнул ей рукой: иди сюда, Ольга!

Ольга подошла и сдержанно поздоровалась с толстяком.