Хрустальная ловушка

Причиной смерти послужило только одно проникающее ранение в сердце. В отличие от всех остальных именно этот удар был сильным и точным.

Закончив осматривать труп, Звягинцев переключился на комнату. Внешне все выглядело благопристойно: во всяком случае, гостиная номера меньше всего напоминала арену гладиаторских боев. Но, обшарив глазами помещение, Звягинцев все-таки обнаружил следы борьбы: опрокинутый стул, сброшенные на пол с кушетки маленькие подушки, одна из которых лежала неподалеку от тела. Подушке Звягинцев уделил особое внимание: она была явно вспорота чем-то острым.

Возможно, ножом. Возможно, тем самым ножом, которым и был убит Шмаринов. Кроме того, на обоях у двери Пал Палыч заметил смазанный след руки. Как будто убийца перед тем, как выйти из номера, оперся окровавленной ладонью о стену.

А спустя минуту, поползав на коленях по ковру, он нашел и орудие преступления.

Нож. Охотничий нож, по рукоятку залитый кровью. Это был очень дорогой нож с причудливо выгнутым лезвием. Звягинцев никогда не был охотником, но в ножах разбирался: еще в Питере его сосед по лестничной площадке, вагоновожатый Митрич, страстный любитель охоты и попоек на лоне природы, пытался приучить его к охотничьему ремеслу.

Сам Звягинцев поддался было на уговоры Митрича, но тут восстал сын Володя. Володя всегда считал охоту завуалированным убийством, к тому же в это самое время он начал писать свою «Колыбельную для ежика». Добрые зверушки всегда умиляли его…

Словом, от охоты пришлось отказаться, но Звягинцев научился худо-бедно разбираться в охотничьем оружии и имел представление о ножах.

Да, это был очень дорогой нож, с черенком из рога какого-то животного. К тому же черенок был украшен искусной резьбой: сквозь кровь проступала сцена сафари: двое белых охотников и дикарь в набедренной повязке из листьев охотились на льва. Звягинцев вздохнул и подавил в себе искушение сунуть нож в карман, до того он был хорош.

На светлом, матово блестящем черенке были явственно видны чьи-то отпечатки.

Звягинцев, осмотрев нож со всех сторон, оставил его лежать на месте.

Первый этап сбора улик был завершен, и Звягинцев принялся за вещи.

Вместительный встроенный шкаф был битком набит женской одеждой: очевидно, пташечка обожала чистить перышки. Но вещи Инессы интересовали Звягинцева меньше всего: все эти пеньюары, комбинации, бикини и лифчики на косточках. Все эти платья, блузки и брюки, источающие едва уловимый запах дорогих духов.