Хрустальная ловушка

— Добрый день, Пал Палыч!

— Ну, не такой уж добрый…

— Ваш любимый салатик? — Звягинцев даже опешил от такой любезности. Никогда еще Ариэль не разговаривал с ним таким заискивающим тоном.

— Воздержусь. — Господи, что он говорит! Отказаться от возлюбленных креветок только в пику дураку-экзоту? Ну, да бог с ним, что сказано, то сказано. Не давать же задний ход.

Ариэль ловко протер пивную кружку и до краев наполнил ее пивом.

— Выпивка за счет заведения, — провозгласил он.

— Благотворительная акция.

Звягинцев сдул пену и влил в глотку сразу пол-литра.

— Повторить? — спросил с почтением наблюдавший за Звягинцевым бармен.

— Ну? — все-таки не удержался Ариэль. — Как проходит расследование? Дело-то идет?

— Дела идут, контора пишет. Меня интересует вчерашняя ночь.

— Всех интересует вчерашняя ночь.

— Меня интересует Шмаринов.

— Убитый. Ведь он вчера был здесь, правда?

«Убитый» — именно этого жгучего, опасного и безнаказанного слова дожидался Ариэль. А услышав его, сразу успокоился. Теперь и он на некоторое время может попасть в эпицентр событий, связанных с убийством.

— Ну вы же сами знаете, Палыч. С молодыми мужчиной и женщиной. Говорят, что это его дочка и зять.

Да, «Роза ветров», при всей своей фешенебельности а-ля рюс, оставалась большой деревней. Здесь легко знакомились и легко сходились, здесь видели друг друга по пятьдесят раз на дню. Тем более такая мощная фигура, как Шмаринов, не могла остаться незамеченной.

— Они пришли вместе?

— Нет. Парень и девушка сидели здесь с вечера.

Это Звягинцев уже знал от Марка, крупного специалиста по полуправде.

— Что, переворачивала столы? Плясала голой на фирменных блюдах?

— Ну, до этого не дошло. Но, в общем, громко выступала с какими-то программными заявлениями.

— Бог его знает… Во-первых, здесь была куча народу, как обычно. За всеми не уследишь. Все базарят, пьют, долбятся в свои кегли и прочая. Но факт тот, что она ушла из-за столика, подсела к нашим фашиствующим элементам и начала что-то там вещать.

«Фашиствующими элементами» Ариэль называл невесть как попавшую на почти стопроцентно русский курорт супружескую пару из Нюрнберга — Неrr und Frail Нойкирлих. Старик, несмотря на свой преклонный возраст, неплохо катался на лыжах и обожал скоростные трассы. Его жена была менее экспансивна и все время проводила на почти пологом спуске для новичков.

— Ну… Потом она о чем-то разговаривала с Ионой.