Художница из Джайпура

Вы, наверное, очень устали.

Я поблагодарила его.

Он кивнул, направился было к дожидавшейся его сестре, но повернулся и смущенно указал на халат.

– Вы позволите? – спросил он. – Хотя, быть может, вы планируете кого-нибудь оперировать…

Я со смехом вернула ему халат. На моем сари остался его запах, и, прогуливаясь по саду, я представляла, будто рядом со мною идет доктор Кумар и рассказывает о своих планах.

Радха спала. Я в который раз подивилась: эта девочка, которая пришла ко мне меньше года назад, была мне родной и одновременно такой чужой.

То мне вдруг кажется, что я знаю ее всю жизнь, а то – что не знаю вовсе.

На соседней койке все так же лежала Канта. Она уже проснулась и отрешенно смотрела в потолок.

Я достала из сумки пузырек лавандового масла с перечной мятой, подошла к Канте, взяла ее за руку (не ту, к которой тянулась капельница, а другую), поцеловала тыльную сторону ее ладони, прижала к своей груди. За эти пять месяцев Канта будто постарела на несколько лет. Лицо стало землистым, морщины вокруг губ обозначились резче.

Волосы потускнели, словно тоже лишились сил.

Я прижалась лбом к ее лбу.

Ввалившиеся глаза ее наполнились слезами.

– Я так береглась, – выдавила она.

Я капнула лавандового масла на указательный палец, провела по ее лбу, намазала виски, чтобы ее успокоить.

– Знаю, – ответила я.

Что тут еще скажешь. У Канты уже никогда не будет детей.

– Я так радовалась бы, если бы родила девочку. Почему бы и не девочку? Может, она выжила бы.

Я не поняла, откуда у нее эти мысли (и правда ли она так считает), но было ясно, что Канта страдает.

Она была бы рада переписать все, что случилось за эти два дня, придумать другой финал. Да и кому из нас не хотелось бы того же.

– Знаю, – повторила я. – Ведь вы отлично ладите с Радхой.

Она еле заметно улыбнулась.

– Вряд ли можно назвать меня хорошей воспитательницей. По моему недосмотру она сбилась с пути.

– И по моему. Но все равно она очень вас любит.

– За пять месяцев ни одного письма. Ни единого.

– А ты ни разу не приехала ее проведать.

– Она такая упрямая.

– Как и ты, – ответила Канта.

Я выпрямилась. Она права: мне следовало сделать первый шаг.

– Я видела в саду Ману.

– Это я его отправила погулять. Что проку нам грустить вместе. – Она поймала мой взгляд. – Он так ждал этого ребенка.

– Тс-с-с. – Я помассировала точку между ее бровей.

– Ману сказал, Радха родила мальчика.

Мы молча смотрели друг на друга.

– Красивый, наверное.

Сейчас мне не хотелось о нем говорить.