Кинг

— Почему ты такой довольный? Кажется, ты должен ненавидеть меня за то, что я сделала? — спросила я, вспоминая свой удар по яйцам, спустивший Преппи вниз по лестнице, когда я пыталась сбежать.

— Неа, не побоюсь сказать, меня это даже поразило. Не пойми меня неправильно, это было п*здец как глупо. Видела бы ты лицо босса. Он злился так, что я думал, у него полопаются артерии. А если малыш Преппи или другие ребятки не работают надлежащим образом, приходится заводить совсем другую песенку. Но мы, парни, знаем, как справиться с таким ударом.

Ну… Типа того. А теперь, мать твою, одевайся!

— Куда мы идем? — я натянула футболку на голову.

Преппи прыгнул на кровать, подскакивая словно пятилетний мальчишка. Я не могла пропустить мимо его беззаботность и улыбнулась.

— Боже ты мой, она улыбается! — просиял Преппи, прыгая еще сильнее, пока из-за резонанса я сама не стала соскакивать на край кровати. Еще мгновение, и я приземлюсь задницей на пол. — Бл*дь, а у тебя милая улыбка! Она не делает тебя похожей на наркоманку.

— Нар-ко-ман-ку, — произнес Преппи, делая ударение на каждом слоге, будто я глухая.

— Я слышала. Но… Я действительно похожа на нее?

Мне вспомнились мое худое тело, перемотанная бинтом голова и красная кожа, обожжённая солнцем.

— А разве нет? — спросил Преппи, странно улыбаясь. Я недоверчиво посмотрела на него и скрестила руки на груди. Он спрыгнул с кровати и взял меня за локоть. — Мы можем это исправить. Не переживай. Откормим тебя чуть-чуть, и на этот костлявом теле появятся сиськи и попка.

Я сразу припомнила слова Кинга о Преппи. Слова о том, что он любит делать с женщинами. Я вырвала руки из его хватки и отступила назад. Если Кинга нет поблизости, позволит ли себе лишнее Преппи?

— А, все ясно. Босс угрожал тебе мной, да?

Преппи сделал шаг ко мне и снова впился пальцами в мои руки. На этот раз он рывком прижал меня к себе, и у меня не осталось другого выхода, кроме как посмотреть ему в глаза.

Он заправил локон волос мне за ухо. Странно, но его прикосновение не заставило меня дрожать.

Мужчина, который стоял передо мной, был способен на такую же грубость, как и Кинг, и мог совершить поступки, от которых у меня волосы встали бы дыбом. Но сам он не вызывал у меня недоверия. С ним мне было до чертиков комфортно.

— Я не сожалею. Со мной случалась такое дерьмо, что я не уверен, захочешь ли ты узнать об этом. Я не извиняюсь за то, кто я есть. Все равно в итоге получается дерьмово. Я — это я. С этим фактом ничего не поделаешь.