Кинк. Право на удовольствие

Ни разу не видел такого живительного эффекта! Лиля, да не смущайся, все нормально идет. Кстати, если прохладно, то поднимись по лестнице на третий и направо — там у меня в комнате какие-то свитера. Тебе будут велики, но лишь бы было удобно.

— Моя Лилечка будет ходить в твоем свитере?! — Володя это воскликнул уже после того, как я побежала с очередной нарезкой на выход. — Да я лучше с себя все сниму — ей моя одежда лучше подойдет!

— Бедная твоя Лилечка, право слово. Чувствую, ей придется нацепить все имеющееся в наличии шмотье, чтобы ты орать перестал.

Я невольно смеялась от их перепалки. В ней чувствовалось желание подколоть соперника, но ни капли настоящей злости. За свитером я не пошла — на улице было тепло. Или просто не хотела делать выбор, чью одежду на себя нацепить первой.

Они сумасшедние. Так сильно погрузились в эту игру, что и не видят, что никакой я не приз. Да я теряюсь от всего происходящего! И тоже за компанию становлюсь немного сумасшедшей.

В беседке мы сидели не меньше двух часов, и это оказалось приятнее, чем недавно в ресторане.

Здесь не открывались роскошные виды, но само настроение отчего-то было другим — как если бы сам воздух снимал напряжение. Или я чувствовала себя спокойнее из-за высоких подлокотников деревянных стульев: мы, рассевшиеся по разные стороны круглого стола, оказались разделены так, что даже прикоснуться к чьему-то локтю было возможно, лишь сильно наклонившись. Я прекрасно понимала, что это препятствие временное, но тело не желало напрягаться без видимой пока причины.

Мы пили очень мало, но я ощущала себя пьяной. Сама не заметила, как перешла на подробный рассказ об интеллигентной семье и предыдущем месте работы, своих замечательных друзьях, Кире и Кирилле. Меня слушали так внимательно, словно интереснее в жизни ничего не узнавали, — и от этого искреннего внимания я впадала в эйфорию. Когда я успела перейти ту границу, после которой оказаться в центре пристального внимания стало приятно, а не напрягающе? Еще недавно я даже на работе лишний раз рот не открывала, а тут лью и лью, ничуть не тушуясь от ласковых взглядов.

Где-то в середине этого бредового монолога, не содержащего вообще ничего интересного, я осознала, что подобного момента в моей старой жизни просто не могло произойти: и только потому, что в прежней жизни я мыслила каким-то совершенно иным образом, который никак не мог привести меня в такую же точку.

Внезапно похолодало, закрапал дождь и подул ветер.