Кинк. Право на удовольствие

Ничего страшного, если без спроса возьму! По сравнению с тем, что ночью я… ну да, это сравнение дает мне право теперь на любую распущенность. Причесала и волосы. Присмотрелась к зеркалу: губы горят, отсутствие косметики компенсируется этой припухлостью и блеском в глазах. Меня, похоже, лихорадит от того, во что я ввязалась. Допускаю, что еще и расстроюсь, когда мы все наиграемся и разойдемся.

Володя ждал внизу, когда я спустилась. Он тоже надел только спортивные штаны, я вчера и не успела его как следует рассмотреть, чем невольно теперь и занялась.

Сухой, поджарый, смуглый, каждый узел мускулатуры вычерчен. Но он ступил ближе, глянул мой халат, тронул волосы и улыбнулся, убедившись, что они сухие:

— Я уж было подумал, что ты решила всех кинуть и принять душ. От сауны это тебя не спасло бы, но я все равно рад, что ты не трусишь.

— С чего бы? — Я пожала плечами. — Ни разу не бывала в сауне, так почему бы не посетить ее вместе с вами? Но если там окажется слишком жарко, то увольте — такое развлечение не для меня.

— Уволим, уволим, — ответил он с многозначительным прищуром. — Но на этот раз не по очереди, а вместе. Это будет самое грандиозное увольнение, тебе сауна покажется прохладным местечком.

Он притянул меня к себе, не позволив ответить, и целовал до тех пор, пока Артем не позвал нас обоих.

Сауна оказалась небольшой, все стены оббиты планками из светлого дерева, в самом начале развернулась барная стойка, что оказалось полной неожиданностью: то ли и здесь Артему понадобилось место для распития, то ли он неосознанно воспроизводил антураж «Кинка».

Парилка располагалась за полупрозрачной перегородкой, но оттуда не ощущался жар — вероятно, меня услышали. В итоге в помещении было довольно тепло, но не дискомфортно.

Раздевались мы возле деревянной скамьи еще до стойки, и уже с этого шага начали друг на друга поглядывать иначе. Другого я не ожидала, но напомнила себе, что решила больше не смущаться по мере возможности. И захотела их поддеть:

— А я-то думала, что в сауне люди заворачиваются в полотенца и сидят вот на тех полках.

Где тут у вас полотенца?

— Впервые о таком слышу. — Володя потащил меня за руку дальше, делая вид, что не обращает внимания на мою наготу.

И сзади раздался голос Артема:

— На вон тех полках можно и полежать, если захочешь. А полотенца закончились — как раз на тебе. О, а ничего, что презервативы наверху остались?

— Ну ты и олух! — вскрикнул Володя.

— Нет-нет, — остановила я. — Не надо.