Кинк. Право на удовольствие

Он в моей забегаловке довольно часто появляется — и одним присутствием распугивает всех самцов, стремящихся узнать мой номер. Будто не видит, что я сама умею откусываться и любого ставить на место. Да и к клиентам уже почти не выхожу, персонал расширила до максимума. По самым оптимистичным прогнозам Володи, не пройдет и двух лет, как я смогу раскачать прибыльность до одного зала «Кинка». По самым пессимистичным прогнозам Артема, ему для этого придется выбрать какой-нибудь зал «Кинка» и перестать пускать туда клиентов, чтобы дать мне фору.

Но на самом деле все постепенно разворачивалось, хоть и в небольших масштабах, у меня даже появились постоянные покупатели, заезжающие по пути в загородные дома за черничными пирогами. А больших масштабов я сразу и не планировала — это дело выбиралось для души, но в плюс я вышла уже через полгода после открытия. Чем плохо? Только тем, что отец за сердце схватился, когда об этом узнал, но потом смирился, неожиданно признав, что лучше вести бухгалтерию в своих интересах, чем на чужую тетю.

Я ожидала, что Володя снова заведет шутливую ссору о «кобелях», ждущих моей улыбки, а не выпечки, но он заговорил серьезно:

— Лиль, ну и в чем проблема? Обсуждали ведь. Но ты сама ни в какую не хотела выбирать. Хотя какая к херам разница, с кем ты распишешься?

Артем кивнул и сел с другой стороны, развернувшись ко мне и с таким же серьезным лицом. И никому не пришло в голову меня отвязать! Мы тут, между прочим, важнейший вопрос решаем, а они будто не замечают, в какой я позе.

— Отцепите меня, — попросила не без улыбки. — И продолжим.

— Зачем? — удивился Артем. — Так мы договоримся намного быстрее, уверен.

— Изверг! — я не удержалась. К Володе с тем же обращаться бессмысленно — он вообще не разворачивается, если уже разогнался. — Хорошо! Сейчас сформулирую свою мысль.

Они ждали, не мешая и не отрывая сосредоточенных взглядов от моего лица. Я же по очереди смотрела на обоих, думая в последний раз, правильное ли решение приняла. Люблю Артема так, что иногда колени подкашиваются.

Не знаю другого человека, способного быть таким же монолитным и впечатляюще целостным. Всегда немного отстраненный, часто — холодный и неэмоциональный. Но теряющий выдержку в обществе меня и нашего вечного двигателя. Кажется, я понимаю, почему он раньше не мог найти счастья — Артема нужно выводить на эмоции, иначе он замыкается в себе, и женщины со временем начинают его воспринимать как совершенно непроницаемого типа.