Кисса (СИ)

Оборотень стоял на морозе, удивленный и смущенный. Нет, этой сучке не удалось его унизить. Просто ему казалось, что он только что открыл для себя новую грань личности этой мелкой девчонки. Неужели время, проведенное с ним, все эти испытания и смерти все-таки смогли сделать из розовой принцессы настоящую женщину, ко всему привыкшую и ко всему готовую, желающую лишь выжить. А может она и соблазнила его только для того, чтобы он лучше охранял ее тощее тело?

- Вот сука! - Ника затушил бычок каблуком туфли и, не глядя на Риссу, сел в машину и послал джип вперед по гладкой трассе.

Раздражение, смущение, гнев и недоверие составляли взрывоопасный коктейль, а виски только подогревал его кровь. Одна искра - и он взорвется.

Он точно помнил, что она кончила. Так какого хрена ей еще надо?

Весь оставшийся путь до «Танцующей птички» они проделали в молчании. Ника был конкретно пьян, а Рисса и вовсе спала на переднем сидении, подтянув ноги к себе и пристегнувшись, чтобы не упасть. Оборотень с трудом следил за дорогой, то и дело тормозя и выкручивая руль, чтобы не вылететь на внезапном повороте.

Подъехав к клубу, он понял, что не сможет нормально припарковать джип и остановился у въезда в подземный гараж заведения. Человечек в черном терпеливо ждал, пока Ника выберется из машины и вытащит спящую девушку с пассажирского сидения. Рисса что-то сонно бормотала в процессе, но резко проснулась после болезненного тычка под ребра. Оборотень грубо встряхнул ее, держа за ворот пиджака, и она со стоном вырвалась и на нетвердых ногах поковыляла к служебному входу в здание клуба. Ника, пошатываясь, шел за ней, у порога нагнав и схватив за локоть. Охранник молча пропустил их внутрь и они оказались в шумной темноте главного зала.

Ежевечернее представление давно закончилось, и оставшиеся посетители допивали свои напитки и заканчивали разговоры, гул которых смешивался со скрежетом задвигаемых стульев и звоном собираемой со столов посуды. Персонал ловко маневрировал между столиков, торопясь закончить свою часть работы и уехать домой.

В суете никто не обратил внимание на странную парочку, вывалившуюся из одного из служебных выходов. Их заметили только тогда, когда Ника начал двигаться к бару, таща сонную Риссу за собой, по пути сбивая посуду, официантов и посетителей. Не обращая внимая на возмущенные вопли, он подошел к бару, и, приставив пистолет к виску усталого бармена, потребовал у него бутылку «Лагавулина», пригрозив пристрелить его на месте, если не получит желаемое.