Онлайн-библиотека книг
– Луис! – закричала Речел.
Луис действовал быстро. Гадж в одну сторону, а рвота полилась в бывшую миску Черча, подставленную с другой стороны. Малыша рвало, да, но недостаточно сильно. Большая часть заразы еще оставалась внутри. Гадж стал краснеть от удушья.
Только подхватив мальчика под руки, Луис почувствовал, что у ребенка жар. Луис положил его на руку, словно собирался покачать, потом откинулся всем телом назад, резко дернув Гаджа. Шея Гаджа дернулась. Малыш словно гавкнул, а не просто рыгнул. Рвота с твердыми сгустками полилась у него изо рта на пол и на одежду Луиса.
"Колени Речел подогнулись, и она рухнула в кровать, закрыв руками лицо. Ее сильно трясло.
– Он едва не умер, ведь так, Луис? Он едва не задохнулся, боже мой…
Умыв и переодев ребенка, Луис стал ходить по комнате с Гаджем на руках, убаюкивая его. Крики Гаджа превратились в бормотание. Он уснул.
– Пятьдесят один процент за то, что он прочистил бы горло сам, Речел.
– Но он едва не умер, – сказала она, посмотрев на Луиса глазами, в которых читалось удивление и отчаяние. – Луис, он едва не умер!
Неожиданно Луис вспомнил, как Речел кричала на кухне:
«…он не должен умереть. Никто тут не должен умереть».
– Дорогая, – сказал Луис. – Мы рядом. Всегда.
* * *
Молоко – вот что почти всегда успокаивает желудок после рвоты. Речел рассказала, что Гадж проснулся с «голодным криком» где-то через час после того, как Луис ушел спать.
Больше никакого молока – так решил Луис, и Речел смиренно согласилась. Никакого молока.
Во второй раз Луис спустился вниз в четверть второго И потратил минут пятнадцать, охотясь за котом. Во время своих поисков он обнаружил, что дверь в подвал приоткрыта и закрыл ее. Он вспомнил, как его мать говорила ему, что совсем умные коты могут передними лапами открывать дверные замки, как раз такие как на двери, ведущей в подвал.
