Кладбище домашних животных

– С тобой точно все в порядке? В самом деле?

– Да, – ответила она и улыбнулась. – Я люблю тебя, Луис.

– Я тоже люблю тебя, крошка, – он посмотрел на книжный шкаф, где лежала нужная статья. Она наверняка лежала на своем месте. Потянувшись, Луис достал как раз ее.

– Пока тебя с Элли не было, Черч притащил домой крысу, – сказала Речел и попыталась улыбнуться. – Конечно, было неприятно.

– Ах, Речел, я не знал, – Луис надеялся, что его голос не прозвучит чересчур виновато.

 – Это разве плохо?

Речел села на ступеньку. Она была в розовой ночной рубашке, лицо без грима, и лоб сверкал в электрическом свете; волосы были стянуты на затылке резинками в короткие хвостики. Выглядела она, словно маленькая девочка.

– Я позаботилась обо всем, – сказала она, – но ты знаешь, я вышвырнула кота за дверь с помощью вакуумного пылесоса, когда он решил остаться охранять.., труп. Эта тварь рычала на меня. Черч раньше никогда не рычал.

Он, кажется, изменился. Ты не знаешь, может, у него чума или что-то похуже? А, Луис?"

"– Нет, – медленно ответил Луис, – но если ты хочешь, я отвезу его к ветеринару.

– Я хочу, чтобы все шло нормально, – сказала Речел и беззащитно посмотрела на мужа. – Ну, так ты идешь? Я пойду спать.., я знаю, ты работаешь, но…

– Конечно, – ответил он так, словно занимался какой-то ерундой. Но ведь на самом деле он ничем важным не занимался.., он ведь знал, что никогда не напишет этот отзыв, потому что не путь превышения престижа, а завтрашний день принесет еще какие-нибудь новости.

Кот принес крысу, ведь так? Крыса, которую принес Черч, это точно, была разодрана на кровавые куски, с выпущенными кишками, а может, и без головы. Да. Черч принес крысу. Крысу для Луиса.

– Пойдем спать, – сказал Луис, выключая свет. Луис и Речел вместе поднялись по лестнице. Луис обнял ее за талию.., а потом в спальне любил ее так хорошо, как только мог.

И входя в нее, жесткий, с хорошей эрекцией, он прислушивался, как жалобно, словно подвывая, стонал за разукрашенными морозом окнами зимний ветер. Луис удивился коту Черчу, раньше принадлежавшему его дочери, а теперь ему самому, удивляясь, где он сейчас, кого выслеживает или убивает. «Мужское сердце более жестокое», – подумал он. А ветер продолжал петь свою похоронную песнь.