Кладбище для безумцев

А что Пег, отличная жена?

– Год как поженились и уже ссоримся из-за денег. – Я густо покраснел. – Она зарабатывает больше. Но мои заработки на киностудии растут – сто пятьдесят в неделю.

– Черт! Это же на десять баксов больше, чем зарабатываю я!

– И преотличнейшие рассказы. Хоть мы давно не виделись, я все время следил…

Крамли кивнул и расплылся в улыбке.

– А как же! – Он выпрямился на стуле. – Но тебя привели сюда не только фамильные чувства, верно?

– Люди гибнут, Крамли.

– Как, опять? – вскричал он.

– Ну, почти гибнут, – сказал я.

– Полегче, не гони лошадей!

Крамли бросился в дом, вернулся с бутылкой джина и плеснул из нее в свое пиво, пока я взахлеб продолжал рассказ. В его тропическом лесу за домом, под крики африканских хищников и птиц из девственных джунглей, включились дождевальные установки. Наконец я закончил рассказ обо всем, что произошло начиная с Хеллоуина. Наступило молчание.

Крамли испустил печальный вздох.

– Значит, Роя Холстрома уволили из-за глиняной скульптуры. А что, лицо чудовища было действительно таким страшным?

– Эстетика. Тут старая ищейка тебе не поможет!

– Ты должен. Сейчас Рой все еще на студии, он ждет случая, чтобы незаметно выкрасть всех своих доисторических чудовищ. Они стоят тысячи долларов. Но Рой находится там нелегально. Не поможешь ли мне разобраться, что, черт возьми, все это значит? А Рою – снова получить работу?

– Господи Иисусе! – вздохнул Крамли.

– Ага, – отозвался я.

– Проклятье! – произнес Крамли. Он подлил еще джина в свое пиво. – Ты знаешь, кто был этот тип в «Браун-дерби»?

– А кто может его знать, как думаешь?

– Священник в церкви Святого Себастьяна.

Я рассказал Крамли о полуночной исповеди, как говорил, как плакал этот голос, как тихо ответил служитель церкви.

– Скверно. Беспросветно. – Крамли покачал головой. – Священники обычно либо ничего не знают, либо не раскрывают имен.

– Может быть, метрдотель из «Дерби». А еще его узнал один человек, стоявший возле ресторана в ту ночь. Человек, которого я знал еще в детстве, когда катался по улицам на роликах. Кларенс. Я как раз расспрашивал, пытаясь узнать его фамилию.

– Продолжай расспрашивать. Если он знает, кто этот Человек-чудовище, будет от чего плясать дальше. Черт, как все это глупо.